-- Да.
-- Надѣюсь, что ваши дѣла идутъ хорошо?
-- Я работаю много и у меня есть кусокъ хлѣба, слѣдовательно дѣла мои идутъ хорошо.
-- Я часто о васъ думала, сказала Эстелла.
-- Не-уже-ли?
-- Особенно въ это послѣднее время, продолжала она. Я долго, долго не позволяла себѣ вспоминать о томъ, чѣмъ я пренебрегла, не зная ему цѣны. Но съ-тѣхъ-поръ, какъ это горькое время прошло, и долгъ мнѣ болѣе не велитъ отталкивать своихъ воспоминаній, я дала имъ мѣсто въ своемъ сердцѣ.
-- Вы никогда не теряли вашего мѣста въ моемъ сердцѣ, сказалъ я. И мы опять замолчали.
-- Мало я думала, начала опять Эстелла:-- что прощаясь съ этими мѣстами, прощусь и съ вами. Я очень этому рада.
-- Рады опять разстаться ее мною, Эстелла? Мнѣ же горько разставаться! Я до-сихъ-поръ вспоминаю съ горечью наше послѣднее разставаніе.
-- Но вы сказали мнѣ тогда, отвѣчала съ живостью Эстелла: -- "да благословитъ васъ Господь, да проститъ онъ вамъ!" Если вы могли сказать это тогда, то вамъ не трудно будетъ повторить то же и теперь, теперь, когда горе научило меня оцѣнить вашу прежнюю привязанность. Горе и несчастіе сломили, измѣнили меня -- надѣюсь, что къ лучшему. Будьте ко мнѣ такъ же добры, какъ прежде и скажите: мы друзья?