Была суббота, и потому, войдя въ харчевню, я увидѣлъ, что трактирщикъ глядѣлъ нѣсколько-недоброжелательно-на эти отмѣтки; но мнѣ до трактирщика дѣла не было, и пожелавъ ему добраго вечера, я пошелъ въ общую комнату, въ концѣ корридора, искать Джо. Огонь пылалъ тамъ весело и Джо покуривалъ свою трубку, въ обществѣ мистера Уопселя и какого-то незнакомца. Джо по своему обыкновенію привѣтствовалъ меня словами: "Ага, Пипъ, старый дружище!" Когда онъ сказалъ это, незнакомецъ повернулъ голову и взглянулъ на меня. Онъ имѣлъ какой-то таинственный видъ, и я прежде никогда не видалъ его. Онъ сидѣлъ съ наклоненною головою, щурилъ одинъ глазъ, какъ-будто цѣлился невидимымъ ружьемъ. Въ рукахъ у него была трубка; онъ вынулъ ее и, потихоньку выпуская изо рта дымъ, пристально глядѣлъ на меня; наконецъ, онъ кивнулъ мнѣ головой, я кивнулъ ему въ отвѣтъ, и тогда онъ очистилъ мнѣ мѣсто на скамьѣ, подлѣ себя. Но я привыкъ садиться подлѣ Джо, когда бывалъ въ этомъ веселомъ заведеніи, и потому, сказавъ: "нѣтъ, благодарю васъ, сэръ", я помѣстился около Джо на противоположной скамьѣ. Незнакомецъ, бросивъ бѣглый взглядъ на Джо и убѣдившись, что тотъ не смотрѣлъ на него, сдѣлалъ мнѣ знакъ головой и какъ-то странно потеръ свою ногу; это поразило меня.
-- Вы говорили, сказалъ онъ, обращаясь къ Джо:-- что вы кузнецъ.
-- Да, отвѣтилъ Джо.
-- Чѣмъ прикажете васъ угостить, мистеръ?... Вы, между-прочимъ, не сказали своего имени.
Джо назвалъ себя и незнакомецъ повторилъ его имя.
-- Что бъ намъ выпить, мистеръ Гарджери? Конечно, на мой счетъ.
-- Сказать вамъ правду, я не привыкъ пить на чужой счетъ.
-- Не привыкли? Ну, да разъ, въ кои-то вѣки, да притомъ же въ субботу вечеромъ. Говорите скорѣе, чего же?
-- Я не хочу быть нелюбезнымъ собесѣдникомъ, сказалъ Джо.-- Давайте хоть рому.
-- Рому, повторилъ незнакомецъ.-- А что скажетъ этотъ господинъ?