— Пиготти, дорогая, вы ведь и вправду не собираетесь выходить замуж?
— Я, мэм? — вытаращив глаза, воскликнула Пиготти. — Господь с вами!
— Во всяком случае, не теперь же? — нежно продолжала допрашивать матушка.
— Никогда! — закричала Пиготти.
Взяв ее за руку, матушка проговорила:
— Не покидайте меня, Пиготти. Будьте со мной. Быть может, уже не так долго осталось нам быть вместе. Не знаю, что я стала бы делать без вас.
— Чтобы я когда-нибудь покинула вас, мое сокровище! — закричала Пиготти. — Ни за что на свете! Как только такая мысль могла притти в вашу глупенькую головку?
Надо сказать, что Пиготти, с давних времен привыкла порой говорить с матушкой, как с малым ребенком.
Матушка ничего не ответила, только поблагодарила ее, а Пиготти по своему обыкновению затараторила:
— Чтобы я вас оставила! Хотела бы я видеть это! Чтобы Пиготти ушла от вас! Как даже такая мысль могла притти ей в голову? Нет, нет, нет! — повторяла она, тряся головой и скрещивая на груди руки. — Нет, дорогая моя, Пиготти не уйдет. Конечно, есть здесь «милые души», которых очень порадовал бы мой уход, но не беда, пусть злятся! А я все-таки останусь с вами до тех пор, пока не стану совсем ворчливой, дряхлой старушонкой. Когда же я буду хромой, глухой, слепой, беззубой, когда никуда не буду годна, даже не смогу ни ворчать, ни браниться, — вот тогда я пойду к моему Дэви и попрошу, чтобы он взял меня к себе.