Бабушка, видя, что я в восторге от этой квартиры, удалилась с миссис Крупп в кладовую переговорить относительно условий, а я в это время сидел на диване в гостиной и с трудом верил своему счастью: неужели я действительно стану обладателем такого великолепного помещения? После довольно продолжительного словесного поединка бабушка с миссис Крупп возвратилась в гостиную, и по их лицам я увидел, к великой своей радости, что дело сделано.
— Скажите, эта мебель осталась от последнего жильца? — поинтересовалась бабушка.
— Да, мэм, — ответила миссис Крупп.
— А где же он теперь, этот жилец? — продолжала спрашивать бабушка.
Тут на миссис Крупп напал сильный кашель, и она с трудом проговорила:
— Он заболел здесь… кхи-кхи-кхи… ах, боже мой!.. и умер.
— Вот как! А отчего же он умер? — с беспокойством спросила бабушка.
— Видите ли, мэм, он умер от пьянства, — вполголоса проговорила миссис Крупп, — да еще от дыма.
— От дыма? Неужели из печных труб? — испугалась бабушка.
— Нет, мэм, — успокоила ее хозяйка, — от сигар и трубок.