— А ведь видеть меня «полезно для больных глаз», как говорят в Шотландии. Но вы так расцвели, милая Маргаритка, что то же можно сказать и о вас. Как же вы чувствуете себя, поклонник Вакха?[90]Вакх — в мифологии римлян — бог вина и веселья.
— Прекрасно, и я далек от всяких вакханалий[91]Вакханалия — празднество в честь Вакха., хотя, признаюсь, сегодня у меня обедало трое гостей.
— Я только что встретил их на улице и слышал, как они расхваливали вас. Кто он такой, этот ваш приятель в модных панталонах в обтяжку?
Тут я, как только мог, в нескольких словах набросал ему портрет мистера Микобера. Стирфорт до упаду хохотал над моим, в сущности, слабым изображением этого джентльмена, а затем заявил, что с таким человеком нельзя не познакомиться и он это непременно сделает.
— А теперь догадайтесь, кто этот другой приятель — сказал я.
— Бог его знает! Надеюсь, не какой-нибудь скучнейший человек: мне что-то так показалось.
— Трэдльс! — воскликнул я торжествующе.
— Кто такой? — переспросил Стирфорт своим безразличным тоном.
— Да разве вы не помните Трэдльса, нашего товарища по дортуару в Салемской школе?
— Вот кто! — промолвил Стирфорт, разбивая кочергой кусок угли в камине. — А скажите, он такая же размазня, как был тогда? Где же вы его откопали?