Я застал Агнессу одну. Ее маленькие воспитанницы разъехались по домам. Она сидела у горящего камина и читала. Когда я вошел, она отложила книгу в сторону. Поздоровавшись со мной, она, по обыкновению, взяла свою работу и уселась у одного из старинных окон гостиной. Я примостился подле нее, и мы стали говорить о моей книге. Агнессу интересовало, когда я думаю ее закончить и что успел я сделать с тек пор, как был у них последний раз. Она была в очень веселом настроении и, смеясь, уверяла, что скоро я стану слишком знаменит для того, чтобы со мной можно было говорить о таких вещах.
— Поэтому, как видите, я и пользуюсь, пока с вами можно говорить об этом, — улыбаясь, прибавила она.
Я смотрел на ее красивое лицо, склонившееся над работой. Она подняла свои ясные, кроткие глаза и увидела, что я гляжу на нее.
— Вы сегодня что-то задумчивы, Тротвуд, — промолвила она.
— Агнесса, можно мне вам сказать, почему я задумчив? Нарочно для этого я и приехал.
Агнесса, как всегда, когда у нас с ней бывал серьезный разговор, отложила работу и с самым внимательным видом приготовилась меня слушать.
— Дорогая Агнесса, разве вы сомневаетесь в том, что я ваш верный, преданный друг?
— Нет, — ответила она, с удивлением глядя на меня.
— Неужели вы сомневаетесь в том, что для вас я такой же, каким был и всегда?
— Нет, — еще раз проговорила она.