-- Не-уже-ли?
-- Да. Я это сдѣлаю, когда... онъ пріостановился и задумался съ минуту.
Сѣрые глаза мистриссъ Пипчинъ смотрѣли вопросительно на его болѣзненное личико.
-- Если я выросту, высказалъ онъ.
Потомъ онъ принялся разсказывать мистриссъ Пипчинъ о предстоящемъ танцовальномъ вечерѣ, на который приглашена и Флоренса; о томъ, какъ всѣ мальчики будутъ ею восхищаться, и какъ они его любятъ, а онъ любитъ ихъ. Онъ разсказалъ ей также объ анализѣ, составленномъ миссъ Блимберъ, которая называетъ его и страннымъ и старомоднымъ, и спросилъ мистриссъ Пипчинъ, какъ она объ этомъ думаетъ? Мистриссъ Пипчинъ объявила наотрѣзъ, что это вздоръ; но Поль не удовольствовался ея отвѣтомъ и смотрѣлъ на нее такимъ испытующимъ взоромъ, что она обернулась къ окну, желая избѣгнуть его взгляда.
Былъ въ Брайтонѣ очень-скромный лекарь, пользовавшій молодыхъ воспитанниковъ доктора наукъ Блимбера, когда кому-нибудь изъ нихъ случалось захворать. Поль не могъ понять, какимъ образомъ онъ очутился у его кровати вмѣстѣ съ мистриссъ Блимберъ, и когда они оба явились. Но, увидѣвъ ихъ, онъ сѣлъ въ постели и отвѣчалъ подробно на всѣ вопросы лекаря, которому шепнулъ подъ-конецъ, что Флоренса не должна знать ни слова о его болѣзни и непремѣнно должна явиться на званомъ вечерѣ Блимберовъ. Онъ былъ съ нимъ очень-разговорчивъ, и они разстались большими друзьями. Когда онъ снова легъ и закрылъ глаза, ему слышалось, какъ врачъ говорилъ въ отдаленной отъ него комнатѣ, -- можетъ-быть, это Схму и приснилось, -- что у мальчика большой недостатокъ въ Физическихъ силахъ и организація въ замѣтномъ разслабленіи: что бы это значило? Лекарь говорилъ еще, что такъ-какъ больной забралъ себѣ въ голову разстаться съ товарищами семнадцатаго числа, то можно дозволить эту маленькую Фантазію, если ему не сдѣлается хуже; что онъ слышалъ отъ мистриссъ Пипчинъ объ отправленіи Поля къ отцу восьмнадцатаго числа и очень этому радъ; что онъ самъ напишетъ къ мистеру Домби, когда ознакомится подробнѣе съ болѣзнью малютки, и, наконецъ, что нѣтъ немедленной причины для... чего? Поль не поймалъ этого слова. Лекарь прибавилъ, что больной очень-миленькій и умненькій мальчикъ, но удивительный оригиналъ.
Пока Поль размышлялъ о томъ, что именно въ немъ такого страннаго и бросающагося въ глаза всѣмъ, явилась снова мистриссъ Пипчинъ, -- онъ не помнилъ, когда она исчезла и дѣйствительно ли уходила, -- и дала ему проглотить чего-то изъ стклянки. Потомъ ему дали очень-вкуснаго жел е, принесеннаго самою мистриссъ Блимберъ, и онъ почувствовалъ себя такъ хорошо, что упросилъ мистриссъ Пипчинъ не безпокоиться, уидти домой, и пригласилъ къ своей кровати Бриггса и Тозера.
Бѣдный Бриггсъ ужасно ворчалъ на свой анализъ, гдѣ его разложили на "первоначальные элементы" съ большею подробностью, чѣмъ въ самомъ тщательномъ химическомъ процессѣ. Не смотря на это, онъ былъ съ Полемъ очень-ласковъ, такъ же какъ и Тозеръ. Всѣ остальные воспитанники, отправляясь спать, навѣстили Поля и съ участіемъ говорили ему: "Ну, каково тебѣ теперь, Домби? Не робѣй, маленькій Домби!" и тому подобное. Бриггсъ долго не могъ заснуть и все негодовалъ на доктора Блимбера, по милости котораго ему дома не дадутъ ни одной пенни карманныхъ денегъ.
Прежде чѣмъ на слѣдующее утро застучали въ гонгъ, слабоглазый слуга пришелъ утромъ къ Полю и предостерегъ его, чтобъ онъ не пугался. Мистриссъ Пипчинъ явилась нѣсколько раньше лекаря, а послѣ него пришла съ завтракомъ Поля та самая хорошенькая молодая женщина, которая въ первое утро чистила въ кожаныхъ перчаткахъ каминъ и поцаловала его. Потомъ было долгое совѣщаніе въ другихъ комнатахъ, и наконецъ, когда лекарь воротился вмѣстѣ съ докторомъ Блимберомъ и его супругой, онъ сказалъ имъ:
-- Да, докторъ, я полагаю, что вы теперь можете освободить отъ занятій этого молодаго джентльмена; да вѣдь и каникулы очень-не далеки.