-- Онъ и она? ,
-- Мистеръ и мистриссъ Домби? Почему мнѣ знать!
-- Не мистеръ и мистриссъ Домби, отвѣчала старуха съ усмѣшкою.
-- Не знаю, сказалъ Робъ, снова осматриваясь.-- Кажется, дружны. Какъ вы любопытны, мистриссъ Броунь! Чѣмъ больше знаешь, тѣмъ меньше говори!
-- Тутъ еще нѣтъ большаго зла, вскричала старуха со смѣхомъ.-- Рѣзвый Робъ присмирѣлъ съ-тѣхъ-поръ, какъ получилъ мѣсто. Это недурно.
-- Я знаю, что недурно, отвѣчалъ Робъ, посматривая то кругомъ себя, то на церковь.-- Я не долженъ даже разсказывать, сколько пуговицъ на фракѣ у моего господина. Онъ не любитъ болтуновъ и говоритъ, чтобъ въ такомъ случаѣ я заранѣе утопился. Я бы ни за что не сказалъ вамъ его имени. Говорите о комъ-нибудь другомъ.
Между-тѣмъ, какъ Робъ снова боязливо осматривался кругомъ, старуха сдѣлала знакъ своей дочери. Это было дѣломъ одной минуты, но дочь поняла ее и, переставъ смотрѣть на мальчика, сидѣла, завернувшись въ платокъ.
-- Другъ мой, Робъ, сказала старуха, маня его къ себѣ: -- ты всегда былъ моимъ любимцемъ, не правда ли?
-- Правда, мистриссъ Броунъ, отвѣчалъ Точильщикъ сквозь зубы.
-- И ты могъ со мною разстаться! сказала она, обвиваясь руками около его шеи.-- Ты могъ оставить меня и не извѣстить стараго друга о своемъ счастіи, гордый мальчикъ!