-- Как ты смеешь об этом спрашивать?
-- Не обижайтесь, миледи, -- смиренно извиняется Джо: теперь даже он заподозрил, что она дама.
-- Я не леди, я служанка.
-- Служанка! Черта с два! -- говорит Джо, ничуть не желая ее оскорбить, а просто выражая свое восхищение.
-- Слушай и молчи. Не разговаривай со мной и отойди подальше! Можешь ты показать мне все те места, о которых писали в газетах? Место, где ему давали переписку, место, где он умер, место, куда тебя водили, место, где он погребен? Ты знаешь, где его похоронили?
Джо отвечает кивком; да и на все вопросы женщины он отвечал кивками.
-- Ступай вперед и покажи мне все эти ужасные места. Останавливайся против каждого и не говори со мной, пока я сама с тобой не заговорю. Не оглядывайся. Сделай, что я требую, и я тебе хорошо заплачу.
Джо внимательно слушает ее слова; повторяет их про себя, постукивая по ручке метлы, и находит не совсем понятными; молчит, размышляя о их значении; наконец, уразумевает их смысл и, удовлетворенный, кивает лохматой головой.
-- Ладно! -- говорит Джо. -- Только чур -- без обману. Не вздумайте дать стрекача!
-- Что говорит этот противный мальчишка? -- восклицает служанка, отшатнувшись.