Я сомневалась, чтобы в Индии или Китае так уж глубоко уважали Моргана-ап-Керрига, но, конечно, не говорила этого, а соглашалась, что иметь столь великих предков очень важно.
-- Очень важно, милая моя, -- подчеркивала миссис Вудкорт. -- Конечно, тут есть свои минусы; так, например, это сужает выбор невесты для моего сына, но когда вступают в брак члены королевской семьи, выбор невест для них ограничен примерно так же.
И она слегка похлопывала меня по плечу и разглаживала мое платье, видимо желая показать, что, хотя нас и разделяет огромное расстояние, она все-таки хорошего мнения обо мне.
-- Покойный мистер Вудкорт, милая моя, -- говорила она не без волнения, ибо, несмотря на ее древнюю родословную, сердце у нее было любящее, -- происходил из знатного шотландского рода Мак-Куртов из Мак-Курта. Он служил королю и отечеству -- был офицером Королевского полка шотландских горцев и пал на поле брани. Мой сын -- один из последних представителей двух старинных родов. Даст бог, он восстановит их прежнее положение и соединит их узами брака с другим древним родом.
Тщетно пыталась я переменить тему разговора, а я пыталась, хотя бы из желания услышать что-нибудь новое, и даже, может быть, затем... впрочем, не стоит останавливаться на таких подробностях. Но миссис Вудкорт никогда не позволяла мне поговорить о чем-нибудь другом.
-- Милая моя, -- обратилась она ко мне как-то вечером, -- у вас столько здравого смысла, и вы смотрите на жизнь гораздо более трезво, чем девушки ваших лет; вот почему мне приятно разговаривать с вами о своих семейных делах. Вы не очень близко познакомились с моим сыном, милая моя, но все-таки довольно хорошо его знаете и, надеюсь, помните, правда?
-- Да, сударыня. Я его помню.
-- Прекрасно. Так вот, милая моя, я считаю, что вы правильно судите о людях, и мне хочется, чтобы вы сказали мне, какого вы мнения о моем сыне.
-- Но, миссис Вудкорт, -- отозвалась я, -- это так трудно.
-- Отчего же трудно, милая моя? -- возразила она. -- По-моему, ничуть.