-- Тем не менее, сэр, я не считаю возможным поколебать и нарушить его доверие и потому снова осмелюсь сказать, что обязан сохранить его тайну; но я предоставляю вам, как более опытному человеку, решить этот вопрос, а вы, надеюсь, подумаете, прежде чем настаивать. Конечно, если вы будете настаивать, сэр, я признаю, что был неправ, и скажу вам все.
-- Пусть так! -- воскликнул мистер Джарндис, снова остановившись и в рассеянности пытаясь засунуть подсвечник к себе в карман. -- Я... ох, чтоб тебя! Уберите его, дорогая! Сам не понимаю, на что он мне нужен, этот подсвечник... а все из-за ветра -- всегда так действует... Я не буду настаивать, Рик, -- может, вы и правы. Но все же так вцепиться в вас и Эстер и выжать обоих, как пару нежных осенних апельсинов!.. Ночью разразится буря!
Он то засовывал руки в карманы, словно решив оставить их там надолго, то хватался за голову и ожесточенно ерошил волосы.
Я осмелилась намекнуть, что в такого рода делах мистер Скимпол сущее дитя...
-- Как, дорогая моя? -- подхватил мистер Джарндис последнее слово.
-- Сущее дитя, сэр, -- повторила я, -- и он так отличается от других людей...
-- Вы правы! -- перебил меня мистер Джарндис, просияв. -- Вы своим женским умом попали прямо в точку. Он -- дитя, совершенное дитя. Помните, я сам сказал вам, что он младенец, когда впервые заговорил о нем.
-- Помним! Помним! -- подтвердили мы.
-- Вот именно -- дитя. Не правда ли? -- твердил мистер Джарндис, и лицо его прояснялось все больше и больше.
-- Конечно, правда, -- отозвались мы.