Я позаботилась о том, чтобы все было готово к приему мистера Бойторна, и мы с любопытством стали ожидать его. Однако день проходил, а гость наш не появлялся. Подошло время обеда, но мистер Бойторн все еще не прибыл. Обед отложили на час, и мы сидели у камина, сумерничая при свете пламени, как вдруг входная дверь с грохотом распахнулась, и из передней донеслись следующие слова, произнесенные с величайшим пафосом и громовым голосом:
-- Нас обманули, Джарндис, -- обманул какой-то отпетый мерзавец: сказал, что нам нужно свернуть направо, тогда как надо было свернуть налево. Свет не видывал такого отъявленного негодяя! Ясно, что и отец его был самым бессовестным из злодеев, если у него такой сын. Я бы его пристрелил, и -- без малейших угрызений совести!
-- Он сделал это нарочно? -- спросил мистер Джарндис.
-- Ничуть не сомневаюсь, что мошенник всю свою жизнь только и делает, что сбивает проезжих с пути! -- Загремел тот в ответ. -- Когда он советовал мне свернуть направо, я, клянусь душой, подумал, что это самый паршивый пес, какого я когда-либо встречал. Да и я тоже хорош -- стоял лицом к лицу с подобным прохвостом и не выбил ему мозгов!
-- Ты хочешь сказать -- зубов! -- вставил мистер Джарндис.
-- Ха-ха-ха! -- захохотал мистер Лоуренс Бойторн, да так раскатисто, что стекла задребезжали. -- Как? Ты еще помнишь? Ха-ха-ха!.. Тот малый тоже был беспутнейшим из бродяг! Могу поклясться, что он еще мальчишкой являл собой такое мрачное воплощение коварства, трусости и жестокости, что мог бы торчать пугалом на поле, усеянном подлецами. Случись мне завтра встретить на улице этого беспримерного мерзавца, я его сшибу как трухлявое дерево!
-- Не сомневаюсь, -- откликнулся мистер Джарндис. -- А теперь не хочешь ли пройти наверх?
-- Могу поклясться, Джарндис, -- проговорил гость, очевидно взглянув на часы, -- будь ты женат, я повернул бы обратно у садовых ворот и удрал бы на отдаленнейшую вершину Гималайских гор, лишь бы не являться сюда в такой поздний час.
-- Ну, зачем же так далеко! -- сказал мистер Джарндис.
-- Клянусь жизнью и честью, -- на Гималаи! -- вскричал гость. -- Я ни в коем случае не позволил бы себе столь дерзкой вольности -- заставить хозяйку дома ждать меня так долго. Я скорей уничтожил бы сам себя... гораздо скорей!