— Чей, смею спросить, мистер Флинтуинч?
— Покойного мистера Кленнэма. Ее мужа.
— Бывшего собственника замечательных часов, — не так ли?
Мистер Флинтуинч, смотревший на портрет, снова повернулся, весь извиваясь, и снова встретил тот же пристальный взгляд и усмешку.
— Да, мистер Бландуа, — ответил он резко, — часы принадлежали ему, а раньше его дяде, а еще раньше бог знает кому; вот всё, что я могу вам сообщить об их родословной!
— Замечательно сильный характер, мистер Флинтуинч, — я говорю об уважаемой леди, там, наверху.
— Да, сэр, — отвечал мистер Флинтуинч, снова скрючиваясь и подвигаясь к гостю, точно винт, которому никак не удается попасть в точку, ибо гость оставался неподвижным, а мистеру Флинтуинчу каждый раз приходилось отступать. — Замечательная женщина, сильный характер, сильный ум.
— Должно быть, счастливо жили, — заметил Бландуа.
— Кто? — спросил мистер Флинтуинч, снова подбираясь к нему с такими же извивами.
Мистер Бландуа вытянул правый указательный палец по направлению к комнате наверху, а левый — по направлению к портрету, затем подбоченился, расставил ноги и, улыбаясь, смотрел на мистера Флинтуинча, опуская нос и поднимая усы.