— А то я подам, — сказала Эффри. — В кладовой для нее куропатка назавтра, первая в нынешнем году; если хотите, я сейчас зажарю.
— Нет, я недавно обедал и не хочу есть.
— Так не хотите ли выпить чего-нибудь, Артур, — настаивала старуха, — у нее есть портвейн, хотите я подам. Я скажу Иеремии, что вы велели подать.
Нет, он и этого не хотел.
— Если они запугали меня до смерти, — сказала старуха шёпотом, наклонившись к нему, — так вам-то вовсе нечего пугаться. Половина состояния — ваша, вы знаете?
— Да, да.
— Так зачем же вам-то поддаваться страху? Ведь вы умный, Артур?
Он кивнул головой, видя, что ей хочется получить утвердительный ответ.
— Так не поддавайтесь им. Она ужасно умна, и только умный посмеет сказать ей слово. Он тоже умен. О, он тоже умен, он и ее пробирает, когда захочет!
— Ваш муж?