— В чем дело?
— Сэр, знаете ли вы, где я слышал эту песенку в последний раз?
Со свойственной итальянцам живостью движений он очертил крючковатый нос, сдвинул глаза, взъерошил волосы, выпятил верхнюю губу, изображая густые усы, и перекинул через плечо конец воображаемого плаща. Проделав это с быстротой, невероятной для всякого, кому не случалось видеть итальянских крестьян, он изобразил на своем лице зловещую улыбку и спустя мгновение стоял перед своим другом и покровителем, бледный и испуганный.
— Ради всего святого, — сказал Кленнэм, — что это значит? Вы знаете человека по имени Бландуа?
— Нет! — отвечал мистер Батист, качая головой.
— Вы сейчас изобразили человека, который был с вами, когда вы слышали эту песню, — не так ли?
— Да! — отвечал мистер Батист, кивнув головой раз пятьдесят подряд.
— Его звали не Бландуа?
— Нет! — сказал мистер Батист. — Altro, altro, altro, altro! — Он даже замахал головой и указательным пальцем правой руки в знак отрицания.
— Постойте, — воскликнул Кленнэм, развернув на столе объявление, — не этот ли? Вы поймете, если я прочту вслух?