— Эй, — сказал мистер Спарклер, — кто там?
— Не Эми с Эдуардом: они не явились бы пешком и не уведомив нас, — заметила миссис Спарклер. — Посмотри, кто это.
В комнате было темно; на улице светлее благодаря фонарям. Голова мистера Спарклера, свесившаяся через перила балкона, выглядела такой грузной и неуклюжей, что, казалось, вот-вот перевесит его туловище, и он шлепнется на посетителя.
— Какой-то субъект… один, — сказал мистер Спарклер. — Не разберу, кто… Постой-ка!
Он снова выглянул с балкона и, вернувшись в комнату, объявил, что, кажется, это «родителева покрышка». Он не ошибся, потому что минуту спустя явился его родитель с «покрышкой» в руке.
— Свечей! — приказала миссис Спарклер, извинившись за темноту.
— Для меня достаточно светло, — сказал мистер Мердль.
Когда свечи были поданы, мистер Мердль оказался в уголке, где стоял, кусая губы.
— Мне вздумалось навестить вас, — сказал он. — Я был довольно много занят в последнее время, и так как мне случилось выйти прогуляться, то вот я и решил завернуть к вам.
Видя его во фраке, Фанни спросила, где он обедал.