Тутъ, внезапно спустившись съ облаковъ, на которыя она такъ неожиданно забралась, она занялась мелочами жизни и объявила своимъ смиреннымъ слушателямъ, что не можетъ назначить Нелли порядочнаго жалованья до тѣхъ поръ, пока не убѣдится въ ея способностяхъ, но что оба они, и старикъ, и внучка, будутъ имѣть у нея готовое помѣщеніе и хорошій, сытный столъ, за это, молъ, она ручается.
Пока Нелли совѣтовалась съ дѣдомъ, м-съ Джарли, заложивъ руки за спину, прохаживалась, съ чувствомъ собственнаго достоинства, взадъ и впередъ по фурѣ, точь-въ-точь какъ она маршировала послѣ чая, съ тою только разницею, что то было на твердой землѣ, а теперь въ шатавшемся во всѣ стороны фургонѣ. Только такая полновѣсная и граціозная особа, какъ м-съ Джарли, могла рѣшиться на подобную прогулку.
— Ну, на чемъ же вы порѣшили, дитя мое? спросила она, останавливаясь передъ Нелли.
— Мы съ глубокой благодарностью принимаемъ ваше предложеніе, сударыня, отвѣчала Нелли.
— И я увѣрена, что вы никогда въ этомъ не раскаятесь. Теперь, когда дѣло слажено, сядемте ужинать.
A фура между тѣмъ все подвигалась впередъ, переваливаясь съ боку на бокъ, точно и она была подвыпивши, и наконецъ, колеса загремѣли по мостовой: они въѣхали въ городъ. Было около полуночи. На улицахъ ни души — мирные обыватели уже спали. Въ такой поздній часъ нечего было дѣлать на выставкѣ, поэтому они свернули въ сторону и остановились на ночлегъ въ двухъ шагахъ отъ городскихъ воротъ, рядомъ съ другой фурой, тоже принадлежавшей м-съ Джарли. Не смотря на то, что ея имя, это великое имя Джарли, красовалось на фургонѣ и что назначеніе этой колымаги состояло въ томъ, чтобы перевозить изъ одного города въ другой драгоцѣнныя восковыя фигуры, дѣлавшія честь странѣ, которой онѣ принадлежали, она была заштемпелевана и занумерована, какъ простая повозка, нагруженная кулями съ мукой или углемъ.
Фургонъ былъ пустъ; онъ уже выгрузилъ свой багажъ, и стоялъ въ ожиданіи дальнѣйшаго путешествія. Хозяйка предложила старику переночевать въ немъ, и Нелли воспользовалась всѣмъ, что у нея было подъ рукой, чтобы устроить поудобнѣе постель для дѣдушки. Сама же она, въ знакъ особеннаго къ ней расположенія м-съ Джарли, должна была спать вмѣстѣ съ ней въ караванѣ.
Простившись съ дѣдушкой, она шла къ своему фургону, чтобы и самой примоститься на ночь, но ее прельстила чудная лунная ночь и она остановилась на минуту подышать свѣжимъ воздухомъ. Лунный свѣтъ падалъ на городскія ворота, оставляя въ совершенной темнотѣ сводчатый проходъ. Дѣвочка подошла поближе и стала съ любопытствомъ, хотя и со страхомъ, разглядывать ворота, удивляясь, отчего они такія мрачныя, непривѣтливыя.
Въ этихъ древнихъ воротахъ было углубленіе для статуи, которая давнымъ-давно исчезла: можетъ быть, ее нарочно сняли, а можетъ быть она разрушилась отъ времени. Глядя на пустую нишу, Нелли думала о томъ, что въ тѣ далекія времена, когда еще статуя украшала ворота, народъ былъ совсѣмъ иной: какія только распри ни совершались у ея ногъ, какихъ только убійствъ она не была свидѣтельницей въ этомъ уединенномъ мѣстѣ!
Вдругъ изъ-подъ темнаго свода, словно изъ-подъ земли, выросъ человѣкъ; она тотчасъ же узнала его. Да и мудрено было бы не узнать безобразнаго Квильпа.