— Какъ вы, погляжу я, добры, сэръ. Другіе, сэръ, не обратили бы вниманія на старика, и ужъ давно продали бы и вывезли бы всѣ вещи; другіе, сэръ, были бы тверды и непоколебимы, какъ гранитъ, другіе, сэръ…
— Другіе, вѣроятно, избавили бы себя отъ удовольствія слушать болтовню такого попугая, какъ вы, перебилъ его карликъ.
— Хи, хи, хи, какой вы, право, шутникъ!
— Дѣвочка идетъ сверху, не вынимая трубки изо рта, процѣдилъ сквозь зубы мальчикъ.
— Кто такой? Ты такъ говоришь, что тебя не разберешь, дьяволенокъ!
— Я сказалъ, — дѣвочка спускается съ лѣстницы; что вы оглохли, что ли?
— A! — и карликъ съ наслажденіемъ потянулъ въ себя воздухъ, точно захлебывался супомъ. — Будетъ туга, ты только приготовляйся, дружокъ, пробормоталъ онъ. — Ну, что, какъ его здоровье, голубушка моя драгоцѣнная? обратился онъ къ Нелли.
— Ему очень плохо, отвѣчала она.
Слезы катились по ея щекамъ.
— Какая она милашка! воскликнулъ карликъ.