Дикъ отвѣчалъ, что нѣтъ.
— Ничего, успокаивалъ себя Брассъ. — Сегодня мало дѣлъ, завтра, Богъ дастъ, набѣжитъ. Довольство своимъ положеніемъ есть первое необходимое условіе счастья, м-ръ Ричардъ! Былъ кто нибудь въ конторѣ?
— Ко мнѣ заходилъ пріятель. «Дай Богъ намъ, имѣть всегда!..» началъ декламировать Дикъ.
— «Пріятеля и водку для его угощенія», поспѣшилъ добавить Брассъ. — Ха, ха! Кажется, такъ сказано въ пѣснѣ? Отличная пѣсня, м-ръ Ричардъ, отличная! Я ужасно ее люблю. Вашъ пріятель, если не ошибаюсь, служитъ у нотаріуса Визердена? Да, «дай Богъ намъ имѣть всегда». А кромѣ него рѣшительно никого не было въ конторѣ, м-ръ Ричардъ!
— Приходили къ жильцу.
— Вотъ какъ! къ жильцу приходили! Ха, ха! «Дай Богъ намъ всегда имѣть пріятеля или…» Такъ вы говорили, м-ръ Ричардъ, что кто-то приходилъ къ жильцу.
— Онъ и теперь тамъ у него, отвѣчалъ Дикъ, нѣсколько озадаченный этой необыкновенной игривостью патрона.
— У него? Въ самомъ дѣлѣ? ха, ха! И пускай они себѣ тамъ веселятся, тра-ла, ла. Не правда ли, м-ръ Ричардь?
— Разумѣется, отвѣчалъ Дикъ.
— А скажите, пожалуйста, кто это могъ придти къ нашему жильцу? спрашивалъ Брассъ, роясь въ какихъ-то бумагахъ. — Надѣюсь, не дама! Вы знаете, м-ръ Ричардъ, какъ на это смотрять у насъ, въ Бевисъ-Марксѣ. «Когда прелестная дѣва, какъ ея праматерь Ева…» Такъ вы говорите, м-ръ Ричардъ?