У Кита есть еще пріятель, котораго онъ до сихъ поръ не видѣлъ по той простой причинѣ, что неудобно вводить въ гостиную, хотя бы и пріятеля, подкованнаго на всѣ четыре ноги. Поэтому, какъ только представляется удобный случай, Китъ исчезаетъ изъ комнаты и бѣжитъ въ конюшню. Лошадка чувствуетъ его приближеніе: она весело ржетъ, какъ только онъ берется за задвижку, а увидѣвъ его на порогѣ, привѣтствуеть его по-своему: начинаетъ прыгатъ вокругъ стойла — на нее не надѣваютъ недоуздка: она слишкомъ горда, не снесла бы такой постыдной неволи. Китъ гладить ее по шеѣ, по спинѣ, а лошадка трется мордой о его плечо и ласкается къ нему, какъ только можетъ ласкаться животное. Ужъ больше этого она дать не въ состояніи. Китъ обнимаетъ лошадку за шею и прижимаетъ къ себѣ.
Какими судьбами Барбара вдругъ очутилась около Кита? Съ чего это ей вздумалось отправиться непремѣнно въ конюшню, а не въ другое какое нибудь мѣсто? И какая она нарядная! видно, долго прихорашивалась передъ зеркаломъ. Случилось это вотъ какимъ образомъ. Во время отсутствія Кита, лошадка не хотѣла ѣсть ни изъ чьихъ рукъ, кромѣ Барбариныхъ. Вотъ Барбара и вспомнила, что надо посмотрѣть, все ли у нея въ порядкѣ, и совершенно нечаянно столкнулась въ конюшнѣ съ Китомъ. Да и сконфузилась же она: покраснѣла, какъ маковъ цвѣтъ.
А Киту, вѣроятно, уже надоѣло возиться съ лошадкой, а можетъ быть онъ догадался, что можно приласкать кого-то, кто во сто разъ интереснѣе всѣхъ пони въ мірѣ; словомъ сказать, онъ бросилъ лошадку и обратился къ Барбарѣ. Да, разумѣется, съ Барбарой куда какъ интереснѣе!
— Надѣюсь, что теперь вы себя лучше чувствуете, говорить онъ ей.
— Да, гораздо лучше. Боюсь… тутъ она застыдилась, потупила глазки, и еще болѣе раскраснѣвшись, — боюсь, говоритъ, — что я вамъ показалась смѣшной.
— Вовсе нѣтъ, отвѣчаетъ Китъ.
Барбара очень этому рада.
— Гм, гм! она кашляетъ потихонько, чуть-чуть, еле слышно.
— Ахъ, какая славная лошадка! Какъ она умѣетъ себя вести, когда захочетъ. Теперь она стоить смирно, не шелохнется, точно высѣченная изъ мрамора. И какой у нея умный взглядъ! Впрочемъ, онъ у нея всегда такой.
— Мы не успѣли даже поздороваться какъ слѣдуетъ говоритъ Китъ, протягивая руку.