— За старой работой? — спросилъ незнакомецъ.
— Я не понимаю, что вы хотите сказать, — проговорила Плезантъ, насторожившись. — Да чего вамъ наконецъ надо отъ насъ?
— Мнѣ незачѣмъ вредить вашему отцу. Мнѣ незачѣмъ увѣрять васъ, что я и не могъ бы повредить ему, если бы даже хотѣлъ. Мнѣ нужно только поговорить съ нимъ. Вѣдь въ этомъ нѣтъ большой бѣды, не такъ ли? Отъ васъ секретовъ не будетъ: вы будете присутствовать при нашемъ разговорѣ. И… однимъ словомъ, миссъ Плезантъ, вамъ нечѣмъ отъ меня поживиться. Я вамъ не пригожусь ни какъ закладчикъ, ни какъ квартирантъ со столомъ. Яснѣе говоря, я не по вашей части, если считать на сикспенсы и полупенсы. Отбросьте эту мысль, и тогда мы, я надѣюсь, поладимъ.
— Но вѣдь вы морякъ? — настаивала Плезантъ, какъ будто это было достаточной причиной для его пригодности къ чему-нибудь по «ея части».
— И да, и нѣтъ. Былъ морякомъ, и опять могу быть. Но все-таки я не по вашей части. Повѣрите вы мнѣ наконецъ?
Разговоръ достигъ того критическаго момента, который могъ вполнѣ оправдать разстройство прически у дамы разряда миссъ Плезантъ. Прическа ея дѣйствительно пришла въ разстройство, и она принялась закручивать волосы, глядя исподлобья на своего собесѣдника. Разглядывая по статьямъ его поношенный костюмъ моряка, видавшій непогоду, она отмѣтила мысленно: за поясомъ большой ножъ въ ножнахъ, готовый для самозащиты въ случаѣ надобности, висящій на шеѣ свистокъ, и короткая, суковатая дубинка съ тяжелымъ набалдашникомъ, торчащимъ изъ кармана верхней куртки. Онъ сидѣлъ спокойно и спокойно смотрѣлъ на нее, но, при наличности такихъ добавленій и при обиліи щетинистыхъ, мочальнаго цвѣта волосъ на головѣ и такихъ же бакенбардъ, онъ имѣлъ довольно устрашающій видъ.
— Повѣрите вы мнѣ наконецъ? — спросилъ онъ опять.
Плезантъ отвѣтила нѣмымъ, отрывистымъ кивкомъ. Онъ закрѣпилъ ея отвѣтъ такимъ же кивкомъ, потомъ поднялся на ноги, скрестилъ руки и сталъ передъ каминомъ, глядя въ огонь. Она же осталась стоять, какъ стояла: съ боку камина, прислонившись къ наличнику плечомъ и тоже скрестивъ руки.
— Итакъ, будемъ дожидаться вашего отца… Разскажите-ка мнѣ, чтобы сократить время ожиданія, много ли народу грабятъ и убиваютъ на рѣкѣ?
— Нѣтъ, не много, — сказала Плезантъ.