-- Нѣтъ, не ослабѣютъ. Прикоснись своимъ лицомъ къ моему, если я буду въ невѣдомой странѣ, когда ты возвратишься. Я люблю тебя, Мортимеръ. Не тревожься обо мнѣ, когда уйдешь. Если моя милая, храбрая дѣвушка согласится взять меня, я проживу достаточно долго, чтобъ обвѣнчаться съ ней. Я твердо вѣрю въ это, мой другъ.
Это прощанье друзей сломило выдержку миссъ Дженни. Сидя спиною къ кровати въ пышной бесѣдкѣ своихъ свѣтлыхъ волосъ, она плакала въ три ручья, но беззвучно. Мортимеръ ушелъ. Когда лучи вечерняго солнца удлинили темныя отраженія деревьевъ въ рѣкѣ, въ комнату больного легкими шагами вошла другая фигура и стала у изголовья кровати.
-- Онъ въ сознаніи?-- спросила миссъ Дженни, потому что она сейчасъ же уступила мѣсто вошедшей и не могла видѣть лица страдальца съ того мѣста, куда она перешла.
-- Онъ въ сознаніи, Дженни,-- отвѣтилъ за Лиззи Юджинъ.-- Онъ узнаётъ свою жену.
XI. Открытію маленькой швеи дается надлежащій ходъ.
Мистрисъ Джонъ Роксмитъ сидѣла въ своей чистенькой комнаткѣ за шитьемъ, и передъ нею стояла корзинка съ крошечными принадлежностями дѣтскаго туалета, до такой степени напоминавшими произведенія кукольной швеи, что можно было заподозрѣть, не собирается ли мистрисъ Роксмитъ пуститься въ конкурренцію съ миссъ Ренъ. Незамѣтно было, чтобы "Полная Британская Хозяйка" помогала ей своими мудрыми совѣтами въ этой работѣ, должно быть, что нѣтъ, такъ какъ нигдѣ не видно было слѣдовъ этого туманнаго оракула. Тѣмъ не менѣе, мистрисъ Роксмитъ строчила такою опытной, ловкой рукой, что навѣрно передъ тѣмъ она у кого-нибудь брала уроки шитья. Любовь -- удивительный учитель во всѣхъ житейскихъ дѣлахъ; любовь-то можетъ быть (вооруженная, впрочемъ, наперсткомъ) и научила мистрисъ Роксмитъ этой отрасли швейной работы.
Подходилъ часъ возвращенія домой Джона, но такъ какъ мистрисъ Роксмитъ хотѣлось докончить до обѣда какой-то шедевръ своего искусства, то она не пошла къ нему навстрѣчу. Улыбаясь спокойно, но съ сознаніемъ важности своего дѣла, она отмахивала стежокъ за стежкомъ съ равномѣрнымъ, правильнымъ звукомъ, точно хорошенькіе столовые часы изъ дрезденскаго фарфора работы лучшаго мастера.
Стукъ въ наружную дверь и звонъ колокольчика. Это не Джонъ, иначе Белла полетѣла бы встрѣчать его. Такъ кто же это, если не Джонъ? Белла задавала себѣ этотъ вопросъ, когда къ ней влетѣла ея суетливая маленькая служанка съ докладомъ:
-- Мистеръ Ляйтвудъ.
-- О, Господи!