-- Что же, онъ и съ нею былъ дерзокъ?-- спросилъ Брадлей послѣ минутной борьбы.-- Или, можетъ быть, разсыпался въ любезностяхъ?
-- Ужъ такъ-то разсыпался -- мелкимъ бѣсомъ, можно сказать,-- отвѣчалъ Райдергудъ, и вдругъ добавилъ, какъ бы что-то соображая: -- Постойте, клянусь Богомъ, я теперь только...
Скачекъ въ сторону безспорно былъ продѣланъ естественно.
Брадлей нахмурилъ брови, стараясь отгадать, чѣмъ онъ вызванъ.
-- Теперь я понимаю,-- докончилъ мистеръ Райдергудъ нерѣшительно, ибо эти слова онъ подставилъ вмѣсто словъ: "Теперь я вижу, братъ, что ты ревнуешь", вертѣвшихся у него на языкѣ.-- Можетъ быть, онъ и меня-то не взлюбилъ за то, что я быть свидѣтелемъ, какъ они амурились.
Подлость Рога, старавшагося укрѣпить ревнивца въ его подозрѣніи (это была даже скорѣе лишь тѣнь подозрѣнія: серьезныхъ подозрѣній онъ пока не могъ имѣть), заходила на одну линію дальше той степени подлости, которой достигъ школьный учитель. Войти въ сношенія съ негодяемъ, позорящимъ ея имя, было подлостью, и эту подлость онъ сдѣлалъ. Оставалось зайти еще на линію дальше. Брадлей ничего не отвѣтилъ и продолжалъ идти съ пасмурнымъ лицомъ.
Какую выгоду извлечь изъ новаго знакомства -- этого не могла еще уяснить себѣ его неповоротливая и запутавшаяся мысль. Райдергудъ былъ обиженъ предметомъ его ненависти -- это чего-нибудь да стоитъ, хотя обида была не такъ велика, какъ онъ думалъ, ибо въ этомъ человѣкѣ не было той смертельной злобы и гнѣва, какіе клокотали въ его собственной груди. Райдергудъ зналъ ее и могъ по какой-нибудь счастливой случайности встрѣтиться съ ней или услышать о ней: это тоже чего-нибудь стоитъ; это значило завербовать себѣ на службу еще пару глазъ и пару ушей. Райдергудъ дурной человѣкъ, который охотно сдѣлаетъ за деньги всякую гадость: и это тоже чего-нибудь стоитъ, ибо его собственное душевное состояніе и собственныя его намѣренія были такъ дурны, какъ хуже быть нельзя, и онъ находилъ какое-то смутное облегченіе въ обладаніи оружіемъ, которое, быть можетъ, и не пригодится ему.
Онъ круто остановился и спросилъ Райдергуда напрямикъ, извѣстно ли ему, гдѣ она? Райдергудъ не зналъ -- это было ясно. Тогда онъ спросилъ его, согласенъ ли онъ, въ случаѣ, если что-нибудь узнаетъ о ней или о томъ, что Рейборнъ ищетъ ее или видится съ нею, сообщить ему объ этомъ за мзду? Райдергудъ былъ согласенъ; онъ золъ на нихъ обоихъ, сказалъ онъ (съ прибавкой крѣпкаго словца). За что? За то, что они помѣшали ему добыть себѣ кусочекъ хлѣба въ потѣ лица.
-- Мы съ вами, стало быть, скоро увидимся,-- сказалъ Брадлей послѣ обмѣна еще двумя-тремя словами по тому же предмету.-- Вотъ загородная дорога. А вотъ и разсвѣтъ. Ни того, ни другого не ожидалъ я увидѣть такъ скоро.
-- Слушайте однако, почтеннѣйшій: я вѣдь не знаю, гдѣ васъ найти,-- замѣтилъ Райдергудъ.