-- Ни полслова,-- вторитъ Бутсъ.
-- Ни одной буквы,-- закрѣпляетъ Бруэръ.
Исполненіе этой маленькой концертной пьесы замѣтно оживляетъ умы сознаніемъ исполненнаго долга, и машина заведена. Каждый изъ присутствующихъ чувствуетъ, что теперь ему легче переносить тягость своего пребыванія въ этой компаніи. Даже Юджинъ, который стоитъ у окна, мрачно раскачивая кисть отъ шторы, сообщаетъ ей теперь особенно сильный толчекъ, какъ будто безмолвно признавъ, что положеніе его несомнѣнно улучшилось.
Завтракъ поданъ. Сервировка пышная и бросается въ глаза, но съ какимъ-то самохвальнымъ и кочевымъ оттѣнкомъ театральныхъ декорацій. У мистера Ламля за стуломъ свой отдѣльный слуга, у Вемиринга за стуломъ алхимикъ. Оба являютъ собою интересную иллюстрацію той аксіомы, что слуги этого рода распадаются на два разряда: одинъ не довѣряетъ знакомымъ своего господина, другой -- самому господину. Слуга мистера Ламля принадлежитъ ко второму разряду. Онъ, видимо, теряется въ изумленіи и совершенно падаетъ духомъ отъ того, что полиція такъ долго не арестуетъ его господина за уголовное преступленіе.
Венирингъ, членъ парламента, сидитъ но правую руку мистрисъ Ламль, Твемло по лѣвую. Мистрисъ Венирингъ, супруга члена парламента, имѣетъ справа леди Типпинсъ, а слѣва мистера Ламля. Но будьте увѣрены, что самый сильный огонь взглядовъ и улыбокъ мистера Ламля направленъ на маленькую Джорджіану. И будьте увѣрены, что возлѣ маленькой Джорджіаны, а слѣдовательно, подъ зоркимъ наблюденіемъ того же ловкаго джентльмена находится Фледжби.
Раза два или три въ продолженіе завтрака Твемло рѣзкимъ движеніемъ поворачиваетъ голову въ сторону мистрисъ Ламль, съ секунду смотритъ на нее вопросительно и затѣмъ говоритъ: "Извините". Обыкновенно за Твемло не водится такихъ странностей. Что же съ нимъ такое сегодня?-- Дѣло въ томъ, что сегодня маленькій джентльменъ все время испытываетъ такое ощущеніе, какъ будто его сосѣдка съ правой стороны хочетъ съ нимъ заговорить, но, повернувшись къ ней, всякій разъ убѣждается, что онъ ошибся, и что глаза ея устремлены на Вениринга. Странно, что ощущеніе это не покидаетъ Твемло даже послѣ многократныхъ провѣрокъ, но это такъ.
Леди Типпинсъ, которая, не теряя времени, вкушаетъ отъ плодовъ земныхъ (со включеніемъ въ эту категорію и винограднаго сока), вскорѣ оживляется и прилагаетъ всѣ свои старанія извлечь искру изъ Мортимера Ляйтвуда. Между посвященными условлено разъ навсегда, что сей невѣрный обожатель миледи долженъ сидѣть за столомъ противъ нея, дабы ей было удобнѣе высѣкать изъ него огонь остроумія. Въ промежуткахъ между созерцаніемъ Мортимера, ѣдой и питьемъ эта красавица вдругъ вспоминаетъ, что какъ-то разъ у Вениринговъ, въ присутствіи общества, которое и теперь налицо, этотъ джентльменъ разсказывалъ исторію о "человѣкѣ невѣдомо откуда",-- исторію, которая впослѣдствіи "пріобрѣла такой трагическій интересъ".
-- Да, леди Типпинсъ, воистину такъ,-- соглашается Мортимеръ.
-- Ну, такъ мы ожидаемъ отъ васъ, что вы поддержите свою репутацію и разскажете намъ еще что-нибудь,-- говоритъ эта фея.
-- Нѣтъ, леди Типпинсъ, я тогда истощился на всю жизнь и теперь изъ меня ничего больше не выжмешь.