-- Мама,-- заговорила Белла,-- Боффины богаты -- это такъ; но вы не имѣете права называть ихъ надменными: вы очень хорошо знаете, что они не надменны.
-- Короче, мама,-- вмѣшалась миссъ Лавви, перебѣгая къ непріятелю безъ малѣйшаго о томъ предувѣдомленія,-- вы должны знать,-- а если не знаете, тѣмъ стыднѣе для васъ,-- что Боффины -- совершенства во всѣхъ отношеніяхъ.
-- Правда твоя, отъ насъ, кажется, требуютъ, чтобы мы раздѣляли это мнѣніе,-- отозвалась мистрисъ Вильферъ, благосклонно принимая дезертира.-- Вотъ почему, Лавинія, я не допускаю фамильярнаго тона. Мистрисъ Боффинъ (о физіономіи которой я никогда не могу говорить съ тѣмъ спокойствіемъ, какое желала бы сохранить) и мать твоя далеко не въ короткихъ отношеніяхъ и нельзя ни на минуту допустить, чтобы эта дама или ея супругъ позволили себѣ называть нашу семью просто Вильферами. Поэтому и я не согласна называть ихъ просто Боффинами. Нѣтъ! Такой тонъ -- зовите его фамильярностью, близостью, равенствомъ -- какъ угодно,-- давалъ бы поводъ заключить о такихъ взаимныхъ отношеніяхъ между нами, какихъ на дѣлѣ не существуетъ... Понятно ли я высказалась?
Не обративъ ни малѣйшаго вниманія на этотъ вопросъ, хотя онъ былъ предложенъ офиціальнымъ тономъ судьи, миссъ Лавви напомнила сестрѣ:
-- А все-таки, Белла, ты такъ и не сказала намъ, что твои... какъ ихъ по имени-то величать?..
-- Я не хочу говорить о нихъ здѣсь,-- отвѣчала Белла, топнувъ ножкой.-- Они такъ простодушны и такъ добры, что не могутъ служить темой для такихъ разговоровъ.
-- Зачѣмъ такъ говорить?-- замѣтила мистрисъ Вильферъ съ язвительнымъ сарказмомъ.-- Зачѣмъ прибѣгать къ такой утонченной формѣ рѣчи? Это, быть можетъ, учтивѣе и любезнѣе, но зачѣмъ такая ложь? Почему не сказать прямо, что они такъ простодушны и добры, что не намъ чета. Мы понимаемъ намекъ. Зачѣмъ же прикрывать фразой истинный смыслъ?
-- Мама! Вы можете святого взбѣсить, да и Лавви тоже!-- сказала Белла, еще разъ топнувъ ножкой.
-- Несчастная Лавви!-- воскликнула сострадательно мистрисъ Вильферъ.-- Ей всегда достается. Бѣдное дитя!
Но Лавви, съ прежней быстротой покинувъ союзника, снова перебѣжала въ непріятельскій лагерь.