-- Менѣе, нежели кто-нибудь другой, отвѣчалъ мистеръ Бомбль.
-- Ну, такъ что же вы объ немъ знаете? спросилъ старый джентльменъ.-- Говорите, пожалуйста, что вы знаете объ немъ?
-- Вы вѣрно не знаете объ немъ ничего хорошаго, а? съ ѣдкостью спросилъ мистеръ Гримвигъ.
Мистеръ Бомбль покачалъ головою.
-- Видите? сказалъ мистеръ Гримвигъ, смотря съ торжествующимъ видомъ на своего друга.
Мистеръ Броунло недовѣрчиво взглянулъ въ лицо Бомблю и просилъ его какъ-можно-скорѣе сообщить все, касающееся до Оливера.
Мистеръ Бомбль положилъ свою шляпу, разстегнулъ сюртукъ, сложилъ руки, опустилъ голову и послѣ нѣсколькихъ минутъ размышленія началъ разсказъ.
Скучно было бы передавать всѣ слова смотрителя; но сущность ихъ состояла въ томъ, что Оливеръ былъ найденышъ, рожденный отъ низкихъ и преступныхъ родителей,-- найденышъ, который съ самаго рожденія показывалъ грубыя склонности къ обману, неблагодарности и хитрости, и который въ томъ домѣ, гдѣ родился, гдѣ его воспитывали, хотѣлъ убить беззащитнаго мальчика, и ночью убѣжалъ изъ дома своего хозяина. Въ доказательство же своего смотрительскаго званія, мистеръ Бомбль положилъ на столъ бумаги, которыя онъ привезъ въ городъ, и опять сложивъ руки, ожидалъ отвѣта мистеръ Броунло.
-- Я боюсь, что все это въ-самомъ-дѣлѣ правда, печально сказалъ старый джентльменъ, просмотрѣвъ бумаги. Цѣна, назначенная мною за извѣстіе не слишкомъ велика, но я съ радостью далъ бы вамъ втрое болѣе денегъ, если бъ могъ услышать о мальчикѣ что-нибудь лучшее.
Очень вѣроятно, что если бъ мистеръ Бомбль получилъ это извѣстіе прежде, то могъ бы дать своему разсказу совсѣмъ другой оборотъ. Теперь ужь было слишкомъ поздно; и такъ, онъ только покачалъ головою и, спрятавъ пять гиней, вышелъ.