-- Да, Биль, отвѣчала она: -- я ужасно устала. Маленькій поваръ былъ болѣнъ, и...
-- Ахъ, Нанси! сказалъ Феджинъ.
Красные, прищуренные глаза Жида показали Нанси, чтобъ она не была слишкомъ откровенна, и она тотчасъ перемѣнила разговоръ. Спустя десять минутъ, Жидъ закашлялъ, и Нанси завернулась въ платокъ, говоря, что пора идти. Сайксъ вызвался провожать ее. Они вышли вмѣстѣ; вслѣдъ за ними пошла и собака въ нѣкоторомъ отъ нихъ разстояніи.
Жидъ, высунувъ голову изъ двери, смотрѣлъ вслѣдъ Сайксу: потомъ, сжавъ кулакъ, проворчалъ проклятіе и съ ужасною усмѣшкою сѣлъ къ столу.
Между-тѣмъ, Оливеръ Твистъ, не думая, что находится близко отъ Жида, весело шелъ въ книжную лавку, держа подъ мышкою книги.
Онъ шелъ, счастливый и довольный, вспоминая о бѣдномъ Дикѣ, который такъ страдаетъ... Вдругъ слышитъ крикъ молодой женщины: "мой милый братъ!" и двѣ руки обвились вокругъ его шеи.
-- Оставьте меня! вскричалъ Оливеръ отбиваясь.-- Кто это? Что вамъ надо?
Отвѣтомъ ему были только восклицанія и жалобы молодой женщины, обнимавшей его съ ключомъ и корзинкою въ рукахъ.
-- Безцѣнный мой! говорила она.-- Я нашла его! Ахъ, Оливеръ, Оливеръ! Негодный мальчишка! Какъ мы безпокоились о тебѣ! Ступай домой, ступай. Слава Богу, я наконецъ нашла его!-- Съ этими восклицаніями дѣвушка начала такъ кричать, что двѣ дамы, шедшія мимо, хотѣли бѣжать за докторомъ.
-- Не безпокойтесь! сказала дѣвушка, не выпуская Оливера изъ рукъ.-- Теперь мнѣ лучше. Ступай домой, жестокій мальчикъ. Ступай.