— В таком случае вентилятор пригодится на растопку камина.
— Можете вы представить рекомендацию?
— Спросите обо мне содержательницу гостиницы «Белого оленя».
— Можете прийти сегодня вечером?
— Я готов надеть ваше платье сию же минуту, если угодно вашей милости, — проговорил Самуэль решительным тоном.
— Приходите в восемь часов. Если рекомендация окажется удовлетворительной, платье будет готово.
За исключением одной весьма простительной шалости, в которой принимала некоторое участие смазливая горничная «Белого оленя», поведение мистера Уэллера оказалось чистым, как хрусталь, и мистер Пикквик в тот же день взял его к себе. Привыкнув к обыкновенной быстроте и решительности во всех делах общественной и частной жизни, великий человек повел своего нового слугу на одно из тех благодетельных торжищ, которые принимают на себя обязанность снабжать джентльменов готовыми платьями всех возможных цветов и фасонов, и прежде чем кончился этот вечер, мистер Самуэль Уэллер облачился в серый фрак со светлыми пуговицами, надел черную шляпу с кокардой, пестрый жилет, синие брюки, легкие штиблеты, и запасся прочими необходимыми статьями туалета. Само собою разумеется, что на пуговицах были вырезаны эмблематические буквы: П. К.
Поутру на другой день пикквикисты с новым слугой катились в дилижансе по большой дороге в Итансвилль.
— Черт меня возьми, если я понимаю, в чем моя новая должность, — бормотал Самуэль, сидя на козлах вместе с кучером дилижанса, — камердинер я, конюх, лакей, дворецкий, доезжачий или, быть может, все это вместе, то, что называется, картофельный кисель, приправленный чесноком, медом и сметаной. Какая мне нужда? Спи, голубчик, ешь, веселись, смотри в оба, и… и многая лета тебе, мистер Пикквик!