— Дальше уж, разумеется, что: каждое утро в шесть часов джентльмен и леди дергают за один конец веревки и вываливают жильцов на холодный пол. Гости просыпаются, встают, и каждый убирается подобру-поздорову, на все четыре стороны. Однако ж извините, сэр, кажется, я заболтался с вами: ведь это Бери.
— Да, Бери.
Дилижанс покатил по торцовой мостовой красивого городка и через несколько минут остановился перед воротами большой гостиницы напротив старого аббатства.
— A вот это гостиница «Вестник», — сказал мистер Пикквик, — здесь мы остановимся, только надобно, Сэм, быть как можно осторожнее. Наймите номер и никому не сказывайте моей фамилии. Понимаете?
— Еще бы! Я ловлю на лету ваши мысли, — отвечал Самуэль Уэллер с лукавым видом.
И, взяв под мышку чемодан мистера Пикквика, он побежал в буфет. Скоро номер был взят, и мистер Пикквик расположился в нем с большим комфортом.
— Теперь, Сэм, прежде всего… — сказал мистер Пикквик.
— Надобно заказать обед, — подхватил Самуэль Уэллер: — уже поздно.
— Пожалуй и так, — сказал мистер Пикквик, взглянув на часы, — ваша правда, Самуэль.
— И если я хорошо угадал вашу мысль, — прибавил мистер Уэллер, — после обеда вы ляжете отдохнуть часов на десяток и отложите все попечения до завтрашнего дня, так как «утро вечера мудренее», как говаривал один сапожник, выпивая бутылку водки на сон грядущий.