Исполнив свой филантропический долг в отношении к ближним и достигнув таким образом главнейшей цели своего путешествия в Ипсвич, мистер Пикквик решился немедленно воротиться в Лондон, с тем чтобы вникнуть в сущность кляузнических крючков, которыми подцепили его бессовестные Додсон и Фогг. Действуя сообразно с этим решением, ученый муж, поутру на другой день после описанных нами событий, взлез на империал первого дилижанса, отправлявшегося из Ипсвича, и вечером в тот же день в вожделенном здравии прибыл в столицу, сопровождаемый своими друзьями и верным слугой.
Здесь президент и его ученики должны были расстаться на короткое время. Господа Винкель, Топман и Снодграс отправились каждый на свою квартиру, чтобы немедленно заняться приготовлениями к предстоящей поездке на Дингли-Делль; а мистер Пикквик и Самуэль Уэллер, считая неудобным свое прежнее жилище, поместились с превеликим комфортом в Ломбардской улице, в гостинице и одновременно таверне «Коршуна и Джорджа».
Окончив свой обед и допив последнюю кружку пива, мистер Пикквик расстегнул жилет, скинул галстук и сел перед камином, положив свои ноги на экран и забросив голову на спинку кресла. В эту минуту в комнату вошел мистер Самуэль Уэллер с дорожной сумкой под мышкой.
— Самуэль, — сказал мистер Пикквик.
— Сэр, — сказал мистер Уэллер.
— О чем я теперь рассуждаю?
— Не знаю, сэр.
— Вот о чем. Так как все мои вещи остались на прежней квартире у миссис Бардль, в Гозуэльской улице, то я считаю необходимым взять их оттуда, прежде чем мы вновь отправимся из города.
— Очень хорошо.
— Вещи должны быть отправлены в квартиру мистера Топмана, — продолжал мистер Пикквик, — но вам необходимо наперед пересмотреть их, пересчитать и привести в порядок. Я желаю, Самуэль, чтобы вы отправились в Гозуэльскую улицу.