— Может быть, я вам несколько наскучил, господа, — продолжал мистер Джексон, — но уж заодно прошу извинить: у меня тут вписано еще имя мистера Самуэля Уэллера, мистер Пикквик.
— Пошлите сюда моего слугу, — сказал мистер Пикквик, обращаясь к трактирному слуге.
Озадаченный слуга поспешил исполнить полученное приказание.
— Не угодно ли вам присесть, мистер Джексон, — сказал мистер Пикквик.
Письмоводитель сел. Друзья в изумлении смотрели друг на друга, не говоря ни слова. Наконец, мистер Пикквик прервал молчание таким образом:
— Поведение ваших патронов, сэр, служит непроницаемой загадкой для всякого честного гражданина; но в этом случае, если не ошибаюсь, Додсон и Фогг намерены употребить против меня свидетельство моих собственных друзей. Так или нет?
Джексон приставил указательный палец к левой стороне своего носа, желая показать таким образом, что юридические тайны глубоко погребены в его мозгу. Потом он сказал:
— Не знаю, сэр. Мое дело — сторона.
— Какую же другую цель, сэр, могут иметь все эти требования? — продолжал мистер Пикквик.
— Цели могут быть совсем особенные, — возразил Джексон, — но это меня не касается. Спрашивать можете сколько вам угодно; но моя обязанность — молчать.