— Что ж вы делаете?
— Веселюсь на ваше здоровье.
— Он веселится! — вскричал мистер Пикквик в порыве величайшего негодования. — Как вам не стыдно, сэр? Уберите этот шутовский красный платок. Я требую этого, сэр. Самуэль, возьмите платок.
Прежде чем Самуэль собрался исполнить волю своего господина, мистер Боб Сойер грациозно сдернул флаг с набалдашника палки и, уложив его в карман, сделал мистеру Пикквику учтивый поклон. Затем, не теряя лишних слов, он откупорил бутылку и выпил три или четыре глотка, давая знать движением руки, что он желает мистеру Пикквику великого благополучия и счастья. Выполнив этот маневр с необыкновенной быстротой, Боб Сойер бросил благосклонный взгляд на мистера Пикквика, облизнулся, закусил и улыбнулся.
— Ну, полно, полно, молодой человек, — сказал мистер Пикквик, когда гнев его стал простывать мало-помалу. — Пожалуйста, вы не делайте этих глупостей, сэр.
— Нет, нет, — отвечал Боб, размениваясь шляпами с мистером Уэллером, — ни под каким видом, почтенный друг. Признаться, я и сам не знаю, как у меня до этого дошло: езда такая веселая, я и не выдержал.
— Рассудите сами, молодой человек, ведь это ни на что не похоже.
— Знаю, знаю, старшина. Уж будьте теперь покойны: ничего этого не будет.
Успокоенный этими уверениями, мистер Пикквик скрылся во внутренности кареты и поднял стекло; но лишь только возобновился у них прерванный разговор, как внимание ученого мужа было отвлечено появлением небольшого черного тела продолговатой формы перед самым окном. Этот странный предмет два или три раза стукнулся о стекло, напрашиваясь, очевидно, в карету.
— Что это такое? — воскликнул мистер Пикквик.