-- Ожидаете вы от меня какого-нибудь обещания?
-- Да, ожидаю.
-- А какого именно?
-- Я вполне понимаю, что без вашего содействия мне не на что надеяться. Понимаю, что даже в том случае, если бы в настоящее время мисс Манетт думала обо мне в глубине своего невинного сердца, на что я, конечно, не дерзаю иметь никаких претензий, -- все-таки любовь к отцу пересилила бы в ней всякое другое чувство.
-- Если так, то вы понимаете, к чему это ведет?
-- Да, но, с другой стороны, я понимаю, что одно слово отца, сказанное в пользу того или другого поклонника, будет иметь для нее более веское значение, нежели она сама и все прочее в мире. А потому, -- прибавил Дарней скромно, но с твердостью, -- я бы не попросил этого слова ни за что на свете, хотя бы от этого зависела моя жизнь.
-- В этом я уверен, Чарльз Дарней; близкие привязанности часто порождают такую же потребность в секретах, как и полный разрыв. Только в первом случае секреты бывают чрезвычайно щекотливого и тонкого свойства, и проникнуть в них крайне трудно. В этом отношении моя дочь Люси представляет для меня полнейшую тайну. Я даже и приблизительно не имею понятия о том, что у нее на сердце.
-- Позвольте спросить, сэр, как вы думаете: есть ли у нее...
Он запнулся, и отец докончил вопрос:
-- Вы хотите знать, есть ли у нее другие претенденты?