-- Браво! -- молвил Дефарж, покровительственно потрепав его по спине, когда спектакль кончился. -- Ты славный парень!
Парень между тем начинал приходить в себя и серьезно подумывал, что напрасно предавался таким восторженным демонстрациям; однако нет!
-- Таких-то ребят нам и нужно! -- сказал ему на ухо Дефарж. -- Глядя на тебя, эти болваны думают, что нынешнее положение вещей будет длиться без конца. Эта уверенность придает им нахальства, а чем они будут нахальнее, тем скорее им конец.
-- Эге, -- произнес парень, размышляя, -- ведь это правда!
-- Эти дураки ничего не понимают, -- продолжал Дефарж, -- они презирают само наше дыхание и готовы во всякое время задушить и тебя, и меня, и сотни таких, как мы; для них жизнь их собак и лошадей во сто раз дороже нашей, а все-таки они только то и видят, что мы им показываем. Так пускай же еще немного ошибаются на этот лад, и чем сильнее будут ошибаться, тем лучше.
Мадам Дефарж надменно взглянула на клиента и утвердительно кивнула.
-- Что до вас, -- сказала она, -- вы ведь станете кричать и проливать слезы ради чего угодно, было бы зрелище да шум. Так ли я говорю? Признайтесь!
-- Да, кажется, что так, сударыня...
-- Так что, если вам дадут большую кучу кукол и скажут, что вы можете их ломать и обдирать, а все, что останется, взять себе, ведь вы будете выбирать самых нарядных и разодетых кукол, не правда ли? Говорите же!
-- Конечно, сударьйя.