-- Скажите мнѣ, вы видѣли вчера утромъ клубы дыма и пара отъ быстраго поѣзда на седьмой линіи отсюда?
-- За плимами и за шпицомъ?
-- Да,-- сказалъ Барбоксъ-братья, обращая глаза на дорогу.
-- Да, я видѣла, какъ они таяли въ небѣ.
-- Было-ли что-нибудь особенное въ нихъ?
-- Нѣтъ,-- весело отвѣтила Фебе.
-- Ну, это не лестно для меня, потому что я ѣхалъ въ этомъ поѣздѣ. Я ѣздилъ (не открывайте глазъ) вотъ за этимъ для васъ въ большой промышленный городъ. Вещь, о которой я говорю, въ половину меньше вашей подушки и можетъ легко и свободно лежать на ея мѣстѣ. Маленькія клавиши похожи на клавиши миніатюрнаго рояля и лѣвой рукой вы можете играть на нихъ ту арію, которую захотите. Желаю вамъ вызывать изъ этой вещи чудныя мелодіи, дорогая. Теперь же откроите ваши глаза, и до свиданья.
Неловко, какъ и всегда, онъ заперъ за собою дверь и увидалъ при этомъ, что она восторженно прижала къ груди его подарокъ, лаская его. Эта картина наполнила его сердце радостью и вмѣстѣ съ тѣмъ печалью, потому что, если бы ея юность расцвѣла естественнымъ образомъ, въ эту минуту въ ея сердце лилась бы другая баюкающая мелодія, голосъ ея собственнаго ребенка.
Барбоксъ-братья и К°.
Добросовѣстно и серьезно джентльменъ "Никуда" принялся на слѣдующій же день за свои поиски. Фебе и Барбоксъ записывали четкимъ почеркомъ результаты его поисковъ; разсказы о томъ, что Барбоксъ нашелъ на каждой изъ дорогъ, находятся въ этой правдивой хроникѣ. Прочитать отчеты можно очень скоро, собрать матеріалы для нихъ было гораздо дольше и труднѣе. Вѣроятно, то же можно сказать и о всякомъ литературномъ произведеніи, кромѣ тѣхъ благотворныхъ для потомства сочиненій, которыя въ нѣсколько свободныхъ минутъ набрасываются перомъ высокаго поэтическаго генія, презирающаго прозаическіе труды.