-- Препочтенный джентльменъ! Гм! Не мѣшало бы ему быть еще почтеннѣе. Но что объ немъ толковать! Я зашелъ къ вамъ за тѣмъ, кузина, чтобъ пригласить васъ прогуляться со мною и показать вамъ здѣшніе виды; а потомъ вы зайдете въ нашъ домъ и освѣжитесь чѣмъ нибудь. Пексниффъ сказалъ, что онъ завернетъ за вами сегодня вечеромъ. Вотъ его записка; я нарочно заставилъ его написать два слова, на случай, если вы не повѣрите. Ничего нѣтъ лучше письменныхъ доказательствъ! Ну, вы приведете съ собою ту?
Миссъ Черити взглянула на почеркъ отца: "Ступайте съ нимъ", было тамъ сказано: "и да будетъ между нами доброе согласіе, если оно возможно". Послѣ того она вышла, чтобъ приготовиться къ прогулкѣ и объявить эту новость сестрѣ. Вскорѣ она возвратилась вмѣстѣ съ Мерси, которая вовсе не чувствовала расположенія промѣнять блистательныя побѣды надъ тоджерскими коммерческими джентльменами на общество мистера Джонса Чодзльвита и его почтеннаго отца.
-- Ага,-- вскричалъ:-- вотъ и вы!
-- Да, страшилище,-- отвѣчала Мерси:-- и я бы очень охотно желала быть въ другомъ мѣстѣ.
-- Не можетъ быть, чтобъ вы такъ думали!
-- Оставайтесь при своемъ мнѣніи, страшилище, а я буду при своемъ; мое мнѣніе таково, что вы пренепріятный и прегадкій человѣкъ -- Тутъ она отъ всего сердца засмѣялась.
-- О, какая вы острая! Да съ вами бѣда!
-- Что жъ? -- вскричала Мерси:-- Если мы не идемъ сейчасъ же, такъ лучше всего снять шляпку и остаться дома!
Угроза эта подѣйствовала на Джонса, и онъ, взявъ своихъ кузинъ подъ руки, повелъ за двери. Любезность его, замѣченная Бэйли младшимъ изъ форточки, причинила тому сильный припадокъ кашля, котораго жертвою онъ былъ до тѣхъ поръ, пока Джонсъ и обѣ миссъ Пексниффъ не скрылись за уголъ.
Мистеръ Джонсъ спросилъ своихъ спутницъ, хорошіе ли онѣ ходоки; получивъ удовлетворительный отвѣтъ, онъ подвергъ ихъ пѣшеходныя способности жестокому испытанію: показалъ имъ столько мостовъ, церквей, улицъ, площадей и публичныхъ зданій, что другому на разсмотрѣніе ихъ понадобился бы годъ. Надобно замѣтить, что мистеръ Джонсъ имѣлъ непреодолимое отвращеніе къ внутренности тѣхъ зданій, за входъ въ которыя надо было платить. Онъ до такой степени держался своего мнѣнія, что когда миссъ Черити упомянула, что онѣ были раза два или три въ театрѣ съ Джинкинсомъ и другими коммерческими джентльменами, то первый вопросъ Джойса былъ:-- а кто же платилъ? Узнавъ, что платили Джинкинсъ и прочіе, онъ рѣшилъ, что этотъ народъ -- чудные олухи, и часто, во время прогулки, неумѣренно смѣялся ихъ простотѣ.