-- Особенно потому,-- продолжалъ Мартинъ:-- что, судя по всему, слышанному мною, нужно много смѣлости, чтобъ здѣсь писать о какомъ-нибудь вопросѣ, который не зависѣлъ бы отъ мнѣнія партій.
-- Вы правы,-- даже такъ правы, что, по моему, ни одинъ сатирикъ не могъ бы дышать здѣшнимъ воздухомъ. Еслибъ здѣсь завтра появился новый Ювеналъ или Свифтъ, его тотчасъ же закидали бы каменьями. Къ несчастью, у насъ много такихъ людей, какъ этотъ полковникъ Дайверъ. Они часто берутъ верхъ и часто бываютъ даже нашими представителями въ глазахъ иностранцевъ. По хотите ли прогуляться?
-- Очень охотно.
И они вышли рука объ руку на улицу.
Глава XVII. Мартинъ распространяетъ кругъ своего знакомства и увеличиваетъ свой запасъ мудрости. Онъ находитъ прекрасный случай повѣрить на дѣлѣ слова Билля Симмонса.
Все это время Мартинъ совершенно забывалъ о существованіи Марка Тэпли,-- или, когда онъ представлялся его воображенію, думалъ о немъ, какъ о существѣ, которое можно безъ церемоніи заставить дожидаться. Но теперь, очутившись снова на улицѣ, онъ попросилъ своего спутника завернуть вмѣстѣ, если это не противоречитъ его намѣреніямъ, въ контору "Буяна", чтобъ тамъ свалить съ плечъ одно дѣло.
-- А говоря о дѣлѣ,-- сказалъ Мартинъ:-- могу ли, въ свою очередь, предложить вамъ вопросъ: живете ли вы постоянно здѣсь или только пріѣзжаете сюда на время?
-- Я здѣсь бываю только изрѣдка; я взросъ въ Массачусетѣ, гдѣ и живу въ одномъ маленькомъ городкѣ. Я не люблю суматохи здѣшнихъ многолюдныхъ мѣстъ; а познакомившись съ ними короче, не чувствую большой наклонности часто посѣщать ихъ. Вы, вѣроятно, пріѣхали сюда съ намѣреніемъ поправить свои обстоятельства? Мнѣ бы не хотѣлось васъ разочаровывать; но я нѣсколькими годами старѣе васъ, и, можетъ быть, буду даже въ состояніи снабдитъ васъ, какъ человѣка, который еще не вполнѣ знакомъ съ моимъ отечествомъ, нѣкоторыми полезными совѣтами, разумѣется, въ вещахъ незначительныхъ.
Слова эти были сказаны безъ малѣйшей тѣни навязчивости или докучнаго любопытства, а, напротивъ, съ самымъ открытымъ и непритворнымъ доброжелательствомъ. Мартинъ, немогшій не довѣриться такому ласковому участію, откровенно разсказалъ ему причину, по которой рѣшился пріѣхать въ Америку и даже принудилъ себя къ трудному признанію въ томъ, что онъ бѣденъ. Правда, онъ сказалъ это съ такимъ видомъ, что можно было бы счесть его достаточно снабженнымъ деньгами мѣсяцевъ на шесть, тогда какъ у него едва ли доставало ихъ на шесть недѣль; но все таки онъ сознался въ своей бѣдности и сказалъ, что будетъ благодаренъ за всякій добрый совѣтъ.
Въ продолженіе своего разсказа, Мартинъ замѣтилъ, какъ лицо его пріятеля вытянулось, когда онъ услышалъ о планахъ, основанныхъ на изящной домашней архитектурѣ. Несмотря на все свое желаніе ободрить молодого переселенца, онъ не могъ удержаться, чтобъ не покачать головою; но тотъ отвѣчалъ ему съ веселымъ видомъ, что хотя теперь и не знаетъ въ Нью-Іоркѣ потребности въ родѣ той, на какую Мартинъ надѣялся, но постарается объ этомъ развѣдать какъ можно поспѣшнѣе, и надѣется не пропустить благопріятнаго случая, если онъ представится. Послѣ того, онъ сообщилъ Мартину, что имя его Бивенъ, что по званію онъ медикъ, но практикуетъ очень рѣдко. Среди такихъ разговоровъ, оба въ скоромъ времени подошли къ конторѣ журнала "Буянъ". Вошедъ въ комнату нижняго этажа, они нашли Марка Тэпли, который развалился на грудѣ багажа и насвистывалъ изо всѣхъ силъ "Rule Britannia". Противъ него, на одномъ чемоданѣ, сидѣлъ сѣдой негръ и глядѣлъ на Марка, выпучивъ глаза, чему тотъ отвѣчалъ задумчивымъ насвистываньемъ. Маркъ, повидимому, только что пообѣдалъ, потому что подлѣ него лежали на носовомъ платкѣ разные объѣдки, карманный ножикъ и оплетенная стклянка.