-- Когда же она пріѣзжаетъ?-- спросилъ Николай.
-- Мы ждемъ ее сегодня. Она старинная подруга мистриссъ Кромльсъ. Мистриссъ Кромльсъ всегда ее понимала и съ самаго начала предсказывала ей блестящею будущность. Всѣмъ, что эта дѣвушка знаетъ, она обязана мистрссъ Кромльсъ. Вѣдь первая-то "Кровопійца" и была мистриссъ Кромльсъ.
-- Неужели?
-- Ну, да. Только ей пришлось скоро отказаться.
-- Нервы разстраивались?-- спросилъ Николай.
-- Не столько у нея, сколько у публики,-- отвѣчалъ мистеръ Кромльсъ.-- Это было нѣчто ужасное, потрясающее. Никто не могъ выдержать... О, вы еще не знаете мистриссъ Кромльсъ.
Николай отважился было намекнуть, что, кажется, знаетъ.
-- Нѣтъ, нѣтъ, далеко не знаете, далеко!-- твердо сказалъ мистеръ Кромльсъ.-- Я самъ ея не знаю -- это фактъ. Отечество узнаетъ ее вполнѣ только послѣ ея смерти. Каждый годъ эта удивительная женщина даетъ новыя доказательства своего таланта. Взгляните вы на нее; вѣдь это мать шестерыхъ дѣтей, изъ коихъ трое живы и всѣ трое на сценѣ.
-- Поразительно!-- сказалъ Николай.
-- Поистинѣ поразительно,-- подтвердилъ мистеръ Кромльсъ, торжественно качая головой и угощая свой носъ табакомъ въ избыткѣ самодовольства.-- Даю вамъ слово артиста: я и не подозрѣвалъ, какъ она танцуетъ до ея послѣдняго бенефиса, когда въ дивертисментѣ она исполнила характерный танецъ съ веревочкой. А въ тотъ день она еще играла Джульетту и Эленъ Макгрегоръ... Довольно вамъ сказать,-- продолжалъ мистеръ Кромльсъ конфиденціальнымъ тономъ стараго друга, придвигаясь къ своему собесѣднику,-- что въ первый разъ, когда я увидѣлъ эту замѣчательную женщину, она стояла вверхъ ногами на толстомъ концѣ копья, среди пылающихъ костровъ.