-- Ну, полно, вы отлично знаете, что она чертовски красива. Вы должны это знать, не отпирайтесь.
-- Да, кажется, ее находятъ хорошенькой. Впрочемъ, я и самъ это вижу. А если бы не видѣлъ, такъ вы, милордъ, такой авторитетъ во всемъ, у васъ такая гибель вкуса, что я, конечно, повѣрилъ бы вамъ на слово.
Никто, кромѣ молодого дурака, къ которому были обращены эти слова, не остался бы глухимъ къ язвительному тону, какимъ они были сказаны, или слѣпымъ къ исполненному презрѣнія взгляду, сопровождавшему ихъ. Но лордъ Фредерикъ Верисофтъ былъ глухъ и слѣпъ, и принялъ комплементъ за чистую монету.
-- Что жь, Никкльби,-- сказалъ онъ,-- пожалуй, вы правы, хоть, можетъ быть, и преувеличиваете немножко. Но дѣло не къ томъ. Я хочу знать, гдѣ живетъ эта красавица: мнѣ хочется взглянуть на нее еще разокъ.
-- Я долженъ вамъ сказать, милордъ...-- началъ было Ральфъ.
-- Не говорите такъ громко!-- перебилъ его тотъ, удивительно искусно разыгрывая главную часть навязанной ему роли.-- Я не хочу, чтобы Гокъ насъ слышалъ.
-- Ага! Вѣрно вы знаете, что онъ вашъ соперникъ?-- проговорилъ Ральфъ, пронизывая его взглядомъ.
-- Да, онъ вѣчно торчитъ у меня на дорогѣ, но на этотъ разъ я намѣренъ забѣжать впередъ. Ха, ха, ха! Воображаю, Никкльби, какъ онъ злится за то, что мы съ вами говоримъ по секрету... Ну-съ, такъ гдѣ же она живетъ?... Говорите. Больше я ничего у васъ не прошу.
"Клюетъ рыбка, клюетъ" -- подумалъ Ральфъ.
-- Ну, что же вы молчите?-- настаивалъ милордъ.-- Я спрашиваю, гдѣ она живетъ?