-- Этимъ вы обязаны рекомендаціи вашего дядюшки, мистеръ Никкльби, сказалъ Вакфордъ Сквирсъ.
Обрадованный успѣхомъ, Николай горячо пожалъ руку дядѣ и быль почти готовь полюбить мистера Сквирса.
"Наружность у него не привлекательна, это правда,-- подумалъ онъ, но что же изъ этого? Пэрсонъ былъ некрасивъ, да и докторъ Джонсонъ тоже: всѣ эти буквоѣды на одинъ ладъ".
-- Завтра утромъ, ровно въ восемь, отходитъ нашъ дилижансъ, мистеръ Никкльби,-- сказалъ ему Сквирсъ.-- За четверть часа вы должны быть здѣсь.
-- Безъ четверти восемь сочту своимъ долгомъ явиться, сэръ, отвѣтилъ Николай.
-- За твою дорогу я заплатилъ,-- пробурчалъ Ральфъ,-- такъ что теперь вся твоя забота одѣться потеплѣе.
Это было новое доказательство великодушія дяди. Николай быль такъ тронутъ такимъ неожиданнымъ проявленіемъ его доброты, что не находилъ словъ для выраженія своей признательности. Они не только распрощались со школьнымъ учителемъ, но уже выходили изъ воротъ "Сарациновой головы", а онъ все еще благодарилъ дядю.
-- Я приду завтра посмотрѣть, какъ ты уѣдешь,-- сказалъ Ральфъ. Смотри, не раздумай!
-- Благодарю васъ, сэръ,-- отвѣчалъ Николай,-- я никогда не забуду вашей доброты.
-- Хорошо сдѣлаешь. А теперь тебѣ лучше всего отправиться домой и уложиться. Какъ ты думаешь, найдешь ты дорогу, если сперва зайдешь въ Гольденъ-Скверъ?