Естественно было предположить, что такое деликатное обращеніе къ чувствамъ джентльмена растрогаетъ его до глубины души и что онъ отвѣтитъ на него, по крайней мѣрѣ, какимъ-нибудь почтительнымъ комплиментомъ. Каковъ же былъ ужасъ бѣдной мистриссъ Никкльби, когда онъ, обращаясь прямо къ ней, заоралъ во все горло:
-- Брысь, старая кошка! Пошла прочь!
-- Ахъ, Боже мой!-- воскликнула мистриссъ Никкльби умирающимъ голосомъ.
-- Пошла прочь!-- повторилъ джентльменъ.-- Пусинька, Кетти, Тетти, Гримми, Тебби или какъ тамъ тебя зовутъ, говорятъ тебѣ, брысь отсюда!
Джентльменъ прошипѣлъ эти слова съ какимъ-то присвистомъ, послѣ чего, грозно размахивая руками, сталъ то подступать къ мистриссъ Никкльби, то отскакивать отъ нея, исполняя передъ ней весьма оригинальный дикій танецъ, вродѣ того, который въ базарные дни отплясываютъ мальчишки, загоняя на дорогу упрямыхъ свиней, барановъ и прочихъ домашнихъ животныхъ.
Мистриссъ Никкльби вскрикнула и лишилась чувствъ.
-- Я побуду съ мамой, это у нея сейчасъ пройдетъ,-- сказала Кетъ съ живостью,-- только уведите его поскорѣй, пожалуйста уведите!
Фрэнкъ сильно сомнѣвался, удастся ли ему исполнить эту просьбу; но вдругъ ему пришла въ голову счастливая мысль. Онъ попросилъ миссъ Ла-Криви понемногу отступать въ сосѣднюю комнату, такъ, чтобы джентльменъ не терялъ ея изъ виду и могъ бы послѣдовать за ней. Этотъ маневръ удался на славу: джентльменъ ринулся вслѣдъ за миссъ Ла-Криви, причемъ его конвоировали съ одной стороны Тимъ, съ другой Фрэнкъ Чирибль.
-- Кетъ,-- прошептала мистриссъ Никкльби, приходя въ себя, какъ только всѣ вышли изъ комнаты, -- ушелъ онъ!
Кетъ отвѣтила утвердительно.