-- Чего?-- спросилъ Сквирсъ.
-- Не имѣете ли вы... не слышали ли чего-нибудь обо мнѣ?
-- Ни чорта лысаго!-- отвѣтилъ грубо Сквирсъ.
Смайкъ потупилъ глаза и, прикрывъ лицо рукою, двинулся къ двери.
-- Ничего нѣтъ,-- отрѣзалъ Сквирсъ ему вслѣдъ,-- и никогда не будетъ. Ловкая штука, нечего сказать! Сколько лѣтъ ты сидишь на моей шеѣ, и ни откуда ни фартинга! А за справками куда сунешься? Славный подарокъ, что и говорить! Корми теперь тебя, огромнаго балбеса, даже безъ надежды хоть когда-нибудь за это получить ломаный грошъ.
Смайкъ приложилъ руку ко лбу, словно усиливаясь что-то припомнить, уставился на вопрошавшаго, безсмысленно улыбаясь, и, ковыляя, вышелъ изъ комнаты.
-- Знаешь ли, Сквирсъ,-- сказала школьному учителю его супруга, когда за Смайкомь затворилась дверь,-- мнѣ иногда начинаетъ казаться, что этотъ парень превращается въ настоящаго идіота.
-- Надѣюсь, что ты ошибаешься, душенька,-- отвѣчалъ на это школьный учитель,-- онъ расторопный малый и во всякомъ случаѣ отрабатываетъ намъ свои харчи. Впрочемъ, что бы томъ ни случилось, работать-то онъ всегда будетъ въ силахъ... Однако, мы и забыли объ ужинѣ, а я страшно голоденъ, усталъ, какъ собака, и хочу поскорѣе лечь въ постель.
Съ этими словами мистеръ Сквирсъ принялся жадно уничтожать единственный бывшій на столѣ бифштексъ. Николай тоже придвинулъ себѣ стулъ къ столу, хотя аппетитъ у него совершенно пропалъ.
-- Ну, что, Сквирси, какъ ты находишь бифштексъ?-- освѣдомилась мистриссъ Сквирсъ.