По словам тунгусов и казаков, такие ледяные массы нередки в окрестностях Колымска, что сообщает также и Врангель в описании своего путешествия.
В 1852 г. я отправил в Петербург письмо с извлечением из моих дневников, содержавшее почти совершенно тождественные с вышеприведенными замечания и соображения. Письмо это было напечатано в I томе Melanges physiques et chimiques С.-Петербургской Академии и снабжено добавлением д-ра А. Ф. Миддендорфа. Я назвал тогда эти ледяные массы "Eismulden" именно на том основании, что по всем моим наблюдениям и собранным сведениям мульдообразное дно долин составляет главное условие для таких образований.
Если бы я даже знал отчет о путешествии г. Миддендорфа, представленный им Академии в 1844 г., то и в таком случае затруднился бы воспользоваться его термином "обледенелые долины" (Eisthaler) в приложении к тем ледяным образованиям, которые я сам наблюдал или о которых узнал от других, потому что мне, во всяком случае, встречались не долины, наполненные льдом, а совершенно разрозненные массы льда среди зеленых долин. Да и теперь, познакомившись с грандиозными обледенелыми долинами, которые наблюдал А. Ф. Миддендорф, я очень склонен думать, что и эти настоящие (в смысле Миддендорфа) обледенелые долины Станового хребта своим возникновением первоначально также обязаны лишь обледенелым мульдам. При благоприятных условиях поверхности, при обилии воды и снега, мульды, в особенно холодные зимы соединялись все в большем числе друг с другом, пока, наконец, целые долины на протяжении многих миль не наполнялись льдом. Само собой разумеется, что чем более возрастали, в особенно благоприятную для того зиму, массы льда, тем более увеличивалась их способность противодействия солнечным лучам. Но и в таком случае главный определяющий момент все же оставался бы за образованием обледенелых мульд. Они давали бы первый толчок к возникновению и служили бы началом всех описанных ледяных образований на дне долин, бока которых покрыты растительностью и которые, следовательно, не представляют собою глетчеров.
Обращение к первоначальной причине, к происхождению и началу каких-либо новых явлений кажется мне не лишенным значения при выборе названия для таких явлений. Ведь большая обледенелая долина не могла образоваться внезапно. При наблюдении необходимо обратиться к первым поводам, давшим начало подобному крупному образованию. И в данном случае мне представляется вполне естественным допустить, что обледенелая мульда дала первый толчок к образованию обледенелой долины.
На мульдообразном или совершенно плоском дне долины может легко возникнуть или исчезнуть обледенелая мульда, часто благодаря ничтожнейшим вначале причинам. Сильный напор вешних вод легко может вырыть глубокое русло для реки и таким образом открыть книзу нижнюю часть мульды. В таком случае, имеющаяся там обледенелость должна была бы сейчас же исчезнуть, так как вода не могла бы более застаиваться, а напротив, легко и быстро стекала бы, следовательно, устранилась бы причина накопления льда. В другом случае, напротив, при соответственном образовании дна долины, накопление щебня и леса могло бы дать начало новым плотинам или значительно повысить конечные валы имеющихся уже обледенелых мульд. Тогда в снежные и холодные зимы должны были бы образоваться новые ледяные массы или значительно возрасти старые. Если мы представим себе непрерывное повторение таких зим в течение целого ряда лет, то может случиться, что соседние мульды соединятся между собою и образуют большие скопления льда. С дальнейшим ходом того же явления лед наполнил бы целые долины, и образовались бы вполне выраженные обледенелые долины. Восточная Сибирь, чрезвычайно обильная атмосферными осадками, гористая и холодная, как нельзя более благоприятствует таким процессам. Раз только утвердилась в каком-либо месте ледяная масса, она начнет понижать температуру ближайших к ней мест, и размер этого понижения будет увеличиваться с ростом массы льда. Действие солнечной теплоты все будет ослабляться, действие же зимнего холода, напротив, усиливаться.
Можно было бы пойти далее и задать себе вопрос: не может ли процесс, благодаря которому обледенелые мульды, увеличиваясь и многократно сливаясь, должны, наконец, образовать большие обледенелые долины, -- не может ли этот процесс пойти еще далее? Не могут ли наполниться общим ледяным покровом также соседние, параллельные, разделенные низкими водоразделами долины, при особенно благоприятных для того условиях, как то: при подходящем образовании поверхности, обилии осадков, очень холодных зимах, при понижении летней температуры вследствие усилившегося накопления ледяных масс? Не могут ли, таким образом, возникнуть небольшие обледенелые страны, "частичные ледниковые периоды"? Увеличение масс льда, в свою очередь, должно было бы вызвать еще более быстрое дальнейшее их возрастание, и таким образом создались бы, наконец, условия, подобные современным гренландским.
Основываясь на вышеприведенных путевых наблюдениях, мы можем следующим образом выразить условия, необходимые для образования обледенелых мульд:
1) Обледенелые мульды образуются лишь в тех местах долин, которые или ясно мульдовидны, или, по крайней мере, совершенно горизонтальны.
2) Выше мульдовидного или горизонтального дна долины должен изливаться многоводный источник, температура которого настолько высока, что он не замерзает даже зимой. Вообще требуется постоянный приток достаточного количества воды.
3) Холодная и снежная зима много содействует увеличению обледенелых мульд.