Старуха разразилась бранью, но Иван Иванович, не обращая никакого внимания на это, быстро поднимался по лестнице в мезонин, а за ним поспешно следовал сторож.
Возня и крик Феклы на лестнице донеслись до Надежды Васильевны, и она послала Лукерью узнать, что сие безобразие означает.
Девушка торопливо вышла на лестницу, и крик удивления и испуга вырвался у нее из груди при взгляде на двух людей, ворвавшихся в сени силою.
-- Лукерья, это ты? -- спросил у нее старичок дворецкий.
-- Я... я... -- робко ответила молодая девушка.
-- Барыня изволили встать, да? Так поди доложи, что дворецкий этого дома и сторож просят дозволения видеть ее.
-- Не смей, Лукерья, докладывать, гони их, разбойников, в шею... Возьми полено и гони! -- закричала на лестнице стряпуха.
Однако Иван Иванович поторопился войти в переднюю; за ним вошел и Василий.
С бранью и криком вошла туда же Фекла.
-- Что это все значит, Фекла? Что ты кричишь, кого ругаешь? -- выходя в переднюю, с беспокойством проговорила Надежда Васильевна; это беспокойство увеличилось еще более, когда она увидала в передней каких-то двух незнакомых стариков. -- Кто вы... и как сюда попали? -- испуганным голосом спросила она.