Размахнувшись, он влепил Волку звонкую пощечину.
Старый матрос закричал и в бешенстве кинулся на капитана. Но тот был силен, ловок и одним ударом в грудь опрокинул Волка на палубу.
-- Скрутите ему руки и бросьте в трюм! -- распорядился Иван Иванович, с презрением показывая на старого моряка.
Волк не успел опомниться, как его руки были крепко скручены; еще несколько секунд -- и старый моряк очутился в трюме.
Партия недовольных матросов с Тольским заволновалась было, но капитан Львов сумел скоро укротить их.
-- Марш по местам! Первого, кто осмелится поднять на меня руку, прикажу выбросить за борт! -- грозно крикнул он.
Бунтовщики, повесив головы, как бы сознавая свою виновность, стали расходиться.
Тольский, проклиная неудачу, тоже хотел было улизнуть в свою каюту, но его остановил капитан:
-- А вы, господин главный зачинщик, куда же? Прошу остаться здесь.
-- Что же мне здесь делать? Ругаться с вами, что ли?