-- Это они, оглашенные... Вот когда наступает мой страшный, смертный час, -- упавшим голосом проговорил сторож.
-- Ну, до твоего смертного часа еще далеко; французские солдаты не дикари, они мирных граждан не трогают. Ступай, отопри ворота, а я спрошу у незваных и непрошеных гостей, что им надо. Не бойся, тебя я в обиду не дам. Иди же, отпирай!
-- Слушаю, мне что же. -- И сторож пошел к воротам.
Когда на дворе появились французы, Тольский вышел к ним и обратился к офицеру с таким вопросом:
-- Надеюсь, господин офицер, мирных жителей вы не лишите свободы?
-- О да... Разумеется... Мы воюем только с солдатами! Этот дом ваш?
-- Да, мой, -- несколько подумав, ответил Тольский.
-- Ваш дом мы должны занять под квартиру нашего генерала.
-- В Москве, господин офицер, кроме моего дома много других. Где же я стану жить?
-- Живите, где хотите... Только этот дом завтра будет занят генералом Пелисье; я -- его адъютант -- остаюсь в доме сейчас же, мои солдаты -- тоже. Мы страшно проголодались, и вы, как радушный хозяин, угостите нас...