Свидание с отцом, сестрой и с Настей было самое нежное, самое сердечное.
-- За меня вы, пожалуйста, не бойтесь: рана у меня почти зажила, и я совсем здоров... Только вот ходить не могу, -- сказал Алеша, успокаивая старого отца, сестру и милую невесту. Но пройдет недели две, и я буду в состоянии танцевать, право!
Алеше сказали о Тольском, и он пожелал видеть его.
-- Здравствуйте, Тольский! Очень рад видеть вас здесь, у себя, а в особенности рад той перемене, которая произошла с вами. Я слышал многое про ваши геройства и самоотверженность, -- ласково сказал раненый, протягивая Тольскому руку.
-- Вы... вы не сердитесь за прошлое на меня?
-- О прошлом нечего вспоминать: что было, то прошло... Повторяю, я рад видеть в нашем доме такого гостя, как вы.
-- Спасибо, спасибо!.. Прошлое я постараюсь загладить перед вами, -- с чувством произнес Тольский, крепко пожимая руку бывшего врага.
-- Ну а ты, моя милая невеста, наверное, будешь ухаживать за своим калекой-женихом? Не так ли? -- спросил у Насти молодой Намекин, улыбаясь.
-- Алеша... Алексей Михайлович... -- И молодая девушка покраснела и смутилась.
-- Чего же ты, Настя, смутилась, назвав меня Алешей? Так и зови меня... Ведь я -- твой жених, и как только поправлюсь, будет наша свадьба. Не так ли, батюшка?