-- Иван, что с тобою? Чего ты так испугался? -- спросил у него Тольский.
-- Ах, сударь, страшно, страшно! Привидение в белом саване здесь, в коридоре. Ах как страшно! Я думал, что умру со страху! -- дрожал, как в лихорадке, Кудряш.
-- Ты большой трус, и тебе, верно, что-нибудь показалось, -- промолвил Тольский.
-- Нет, сударь, не показалось; я ясно видел женщину в белом одеянии, как в саване; волосы у нее распущены... Завидев меня, она стала быстро подходить ко мне и манить рукой. Тут сердце во мне замерло, и я упал без памяти.
-- Откуда явилось тебе привидение? Ты не помнишь?
-- Мне послышались шаги, как будто в мезонине. Потом кто-то стал петь, так жалобно, и опять раздались шаги уже в коридоре. Я зажег свечку, отворил дверь и увидал...
-- Какой ты трус у меня! С виду богатырь, а смелость у тебя заячья.
Проговорив эти слова, Федя Тольский направился к себе и опять лег, но заснуть не мог. Рассказ Ивана Кудряша заставил и его призадуматься:
"Что это значит? И что за привидение видел мой Иван? Неужели в самом деле здесь обретается какое-то сверхъестественное существо, которое не дает покоя нам, простым смертным?.. Надо постараться отгадать, что это за женщина, которая так напугала моего камердинера, поднять завесу с этой тайны... И я это сделаю во что бы то ни стало. С завтрашней же ночи стану наблюдать за привидением".
Наконец Тольский крепко заснул. Иван же не остался в своей горнице, а ушел в людскую.