-- А разве Алексей Михайлович говорил вам обо мне?
-- Много, очень много говорил. Он хвалил вас, называл красавицей, и его слова вполне оправдались. Вы очень, очень красивы.
-- Вы так добры со мной, сударыня! -- вспыхнув, сказала Настя.
-- Зачем вы называете меня сударыней? Я вам не чужая, а сестра вашего жениха. Ведь вы -- его невеста, не так ли?
-- Да, только невеста, и едва ли когда-либо буду женой Алексея Михайловича. -- Проговорив эти слова, молодая девушка печально опустила головку.
-- Почему же? Вам, вероятно, Алеша сказал, что папа препятствует ему жениться на вас? Да?
-- Да, сказал.
-- Да вы не отчаивайтесь, моя милая. Папа, может быть, переменит свое убеждение и даст Алеше согласие на женитьбу. Однако до поры до времени оставим это. Вы хотите повидать Алешу? Он наверняка будет рад вам; сегодня ему лучше. Рана понемногу заживает.
-- Как рана, какая? -- удивилась и испугалась Настя.
-- Алешина рана в плечо. Разве вы ничего не слышали?