Контр-адмирал Эреншильд со своими двенадцатью судами в это время поджидал русских у переката, в заливе Рилакс-фиорд.
На полуострове все как будто шло попрежнему: днем двигались люди, стучали топоры, а ночью горели костры.
Эреншильд послал к берегу два разведочных бота. Они были обстреляны русской стражей и вернулись.
Адмирал смотрел на берег, ожидая, что вот-вот русские потащат по помосту свои галеры, и тогда он их захватит. Но галеры тем временем уже плыли вдоль берега, огибая маленькие островки. Они еще не были видны в заливе, и Эреншильд не знал, что он сам заперт в Рилакс-фиорде, как мышь в мышеловке.
Ватранг же сразу понял опасность, нависшую над эскадрой Эреншильда. Он приказал привести к себе Коппелиуса. Матросы с трудом разыскали шпиона в темном углу трюма. Он дрожал от страха и едва держался на ногах.
— Герр Юстус, — сказал адмирал, — вот вам возможность искупить свою вину. Садитесь скорее в шлюпку и плывите в залив Рилакс. Вы должны опередить русских и известить Эреншильда, чтобы он немедля пробивался в море. Скажите, что я иду к нему навстречу.
Коппелиус согнулся, как бы кланяясь. Зубы его стучали. Он не мог разжать рта. Ему предстояли новые опасности. Матросы уже отвязывали шлюпку. Он подошел к трапу и медленно стал спускаться.
Шлюпка отчалила от брига «Бремен» и пошла морем за галерами. Потом она повернула на север и вошла в шхеры островков против Гангута.
Боясь попасться на глаза сторожевым русским постам, Коппелиус старался держаться как можно дальше от полуострова.
Так он достиг Земли Падва. Дальше плыть было нельзя: весь проход был закрыт галерами.